Роман Г. Артемьев 
Рассказы (2008-2014)

Рассказы [Р. Артемьев] – 

2016
Роман Артемьев
Рассказы (2008-2014)

Спустя один год

 Выпуск новостей. Миловидная дикторша на фоне флага ООН торжественно зачитывает:
«Прошел ровно год с момента Контакта. Впервые человеческая раса, более века назад совершившая первый полет к звездам, встретила братьев по разуму. Как вы знаете, космолет «Диана» во время исследования системы звезды, ныне носящей имя Роальтэ, обнаружил жизнь на четвертой планете. Более того, местные обитатели оказались разумными существами с древней культурой и технологиями, в некоторых областях значительно превосходящими существующие земные. Практически сразу обменявшись посольствами….»

22.00 02.03.132
Студия. Ведущий – мужчина в модном костюме. Участники: Дипломат, Бизнесмен, Священник, Политик, Военный. Вокруг расположены ряды стульев с приглашенными гостями.
- И все-таки, что вы скажете о пришельцах? Насколько сильно они отличаются от нас?
Дипломат: - Довольно сильно. Они не лгут, готовы идти на компромисс, держат данное слово даже в мелочах. Мы уверены в возможности сотрудничества, у них есть, чему поучиться.
Бизнесмен: - Нам нужны их технологии. Я намерен вложить свободные деньги в торговлю с инопланетянами.
Священник: - Церковь рассматривает вопрос о существовании души у иных рас. Пока что я не готов высказаться определеннее.
Политик: - Существование иных рас доказывает необходимость людям с разным цветом кожи сплотиться вокруг единого правительства!
Военный: - Армия готова отразить любую возможную угрозу. К счастью, сейчас мы таковой угрозы не видим.

23.00 02.03.132
Запись с полицейских камер. Крупный европейский мегаполис. Трущобы. Банда Булки.
Шмыг, частит и искательно заглядывает в лицо главарю: - Булка, ничего не осталось. Ни порошка, ни таблеток, ни шипучих трубочек – совсем ничего. Что делать, Булка? Парням плохо, и Шмыгу плохо.
Шмыг валится на землю от сильного удара.
Булка (монолог приведен со значительными сокращениями согласно требованию Комитета по Цензуре): - Плохо, сучонок? Тебе плохо? Кто сожрал заначку? – несколько раз пинает Шмыга под ребра. – Из-за тебя сидим без плана! И баба та из-за тебя убежала!
Наконец, главарь успокаивается. Шмыг отползает в угол и там тихо плачет. Остальные участники банды на разборку не реагируют. В поле зрения Булки попадается высокая, непривычно, но дорого одетая фигура.
Булка: - Эй, ты! Чего пялишься! Тоже хочешь?!
Один из подручных Булки: - Не трогай его, шеф. Это один из тех фриков, которых вчера по телеку показывали. Они, типа, с неба упали, и за это большие люди из правительства их сильно любят. Если фараоны узнают, что мы его слегка облегчили от лишнего, то плохо будет всем.
Булка: - (Цензура)!
Подошедший нелюдь: - Мне показалось, вы обращались ко мне?
Булка, после короткого колебания: - Типа того. Хорошие у тебя висюльки. Они мне нравятся. Снимай.
Гудение включенного виброножа. Банда подтягивается поближе.
На экране – кровавая мешанина.

23.20 02.03.132
Экстренный выпуск новостей. Журналист:
- Нам только что сообщили сенсационную новость! Представитель расы рао подвергся нападению в одном из городов Европы! Вот что удалось выяснить нашему корреспонденту…
После просмотра короткого ролика журналист выглядит не столь бодро, а его улыбка поблекла.
- Ну что сказать… Кажется, наши внезапные соседи оказались вовсе не такими дружелюбными овечками, как утверждают исследователи.

23.25 02.03.132
Где-то. Двое неизвестных.
- У вас нет контроля над ситуацией. Почему сразу не изъяли запись?
- Не успели. Один из полицейских послал ролик другу, тот переслал другому… Эпоха Интернета, мать его так.
- Вы понимаете, что в мире полно сил, желающих разорвать договор с рао?
- Понимаю. Группировка ВПК уже начала действовать.

09.00 03.03.132
Экстренное заседание Совета Земли.
Докладчик: - … как можете видеть, безопасность планеты под угрозой. И где, спрашиваю я вас, где сейчас этот жестокий убийца? Мы не знаем! Неужели преступник уйдет от наказания?
Председатель: - Успокойтесь. Посол уже вызван для дачи объяснений.
Первый сенатор, вполголоса: - Почему он так разоряется?
Второй сенатор: - Его тестю принадлежит фирма, выпускающая детали к истребителям.
Первый сенатор: - Понятно.

09.30 03.03.132
Кабинет министра Внешних Сношений
Министр: - Господин посол! Вам, полагаю, уже сообщили о прискорбном инциденте, имевшем место этой ночью?
Посол: - Вы говорите о нападении на одного из моих соплеменников?
Министр: - Да, именно о нем.
Посол: - Не стоит беспокойства. Никто из достойных не пострадал.
Министр: - Как никто не пострадал? Погибли люди! Восемь человек превратились в кровавую кашу!
Короткое молчание.
Посол: - Вы считаете погибших равными себе? Правильно ли я понял?

12.15 03.03.132
Кабинет Премьер-Министра
Министр Внешних Сношений: - И вот после того, как я рассказал ему про демократию, равенство, свободу, он просто встал и ушел! Без объяснений, вообще без слов!
Министр Обороны: - И чего нам ждать?
Премьер-Министр: - Что говорят специалисты?
Приглашенный эксперт: - Мы столкнулись с совершенно чужой культурой! Их концепции непонятны для нас, в языке есть слова, абсолютно непереводимые! Какой-то вшивый год прошел, а вы требуете объяснить мышление чужой расы. Скорее всего, реакция посла вызвана некими табу, присущими их культуре.
Премьер-Министр: - То есть вы нихрена не знаете.
Разведчик: - Меня смущает прозвучавший термин «достойный».
Премьер-Министр: - И что?
Разведчик: - В их обществе «недостойные» не считаются людьми.

20.00 03.03.132
Чей-то кабинет. Включенный экран головизора.
Ведущий: - До сих пор непонятна причина такой немыслимой, в прямом смысле нечеловеческой жестокости! Посмотрите на эти кадры! Эти люди, зарезанные кровавым нелюдем, могли бы жить, растить детей, сделать наш мир лучше! Не кажется ли вам что мы ошибались, полагая пришельцев мудрыми разумными существами с древней культурой…
Еле слышный щелчок переключателя, на экране появляется лицо молодого человека в дорогом костюме.
- Сэр?
- Шавок – к ноге.

09.00 04.03.132
Кабинет Премьер-Министра
Министр Внешних Сношений: - Я только что беседовал с послом роа. Они намерены изменить формат общения.
Министр экономики: - Что значит «изменить формат»? Нам нужны их технологии!
Первый вице-премьер: - Не все так считают.
Премьер-министр: - Те, кто считает иначе, без своего куска не останутся. Так им и передайте.

12.00 04.03.132
Интернет-чат. Голографический монитор в виде шара, звуковое сопровождение. Аватары, фотографии, измененные голоса, разноцветные надписи, летающие в голо-поле.
Alex123: - Что, реально куча трупов?
Vilkf: - Ролик смотри
MacHo: - Типа миролюбивая раса, ага.
Unforgiven: - Да там гопари были.
МакЛауд: - Но как жюрналюшки разорались! Крутой наброс!
GoGoGo: - Чужие, они и есть чужие. Земля для людей!
Bonobo6: - Точно, Земля для людей! И похрен, что пришельцев всего пятнадцать на всю Федерацию.
GoGoGo: - Это пока.
DaddyBoy: - И что теперь?
Hainc: Присылает картинку с изображением сумасшедшего и надписью «А мне все пофиг!»

21.00 04.03.132
Кабинет Премьер-Министра.
Министр Внешних Сношений: - Они предлагают создать станцию в нейтральном секторе. Для общения специалистов, изучения культуры и общества друг друга. На свою территорию они никого пускать не станут и гарантируют, что без специального разрешения никто из роа во владениях Земли не появится.
Разведчик: - Это осложнит нам работу.
Министр Экономики: - Ничего, выкрутитесь. Лишь бы совсем сотрудничество не свернули.
Министр Внешних Сношений: - По словам посла, они недооценили различия между нашими цивилизациями. У них нет преступности в нашем понимании. Таких, как те шакалята, убивают практически сразу, но они появляются крайне редко.
Премьер-Министр: - Мне плевать на их особенности. Нам не нужен внешний враг. Сейчас. И так придется бюджет на следующий год корректировать.
Министр Юстиции: - Тогда спишем все на самооборону. Надеюсь, СМИ займут правильную позицию?
Министр Связи: - Не волнуйтесь. Все под контролем.
Премьер-Министр: - Будем считать, что кризис преодолен.

Игра

- Ты не расстраивайся – Олег бодро переставлял костыли, шустро двигаясь в сторону лифта. – «Княжество» игрушка хорошая. В-категория, конечно, зато высший сегмент. В вузах полно студентов, кто на ней раньше сидел.
Все верно, но игроков А или Б категорий в высших учебных заведениях куда больше.
Иллюзий насчет будущего я не питал – жизнь отучила. Твой социальный индекс складывается из индексов твоих родителей, оценок в школе, полицейского и медицинского досье, свидетельств участия в различных государственных программах. Понятно, что те, кто изначально имеет возможность учиться в престижной школе (читай: те, чьи мать и отец хорошо зарабатывают), в дальнейшем получают на тестировании более высокие отметки, их индекс растет, позволяя рассчитывать на льготы при поступлении в университет, а в дальнейшем обратить на себя внимание вербовщиков из крупных корпораций. Система устроена так, что от стартового пинка зависит чертовски многое.
Отца у меня нет. Мать работает менеджером в мелкой фирме, платящей микроскопические налоги, отсюда ее низкий социальный индекс. Учусь неплохо, но не гений. С другой стороны, со здоровьем проблем нет, равно как и конфликтов с законом, что радует. В общем, индекс третьей категории с перспективами перехода во вторую.
- Ты один из своего класса?
- Да. Остальные или в «Оборотнях», или еще ниже.
Не повезло. Мои друзья или просто хорошие знакомые в «Княжество» не попали, экзаменационных баллов не хватило, а с теми из одноклассников, кому хватило, мне самому играть не хочется. Кому-то не доверяю, с кем-то просто характером не сошелся.
- Жалко, командой легче. Первый! – двери лифта закрылись, принимая голосовую команду. Олег в раздумьях почесал затылок. – Ну, что тебе посоветовать… Главное – не торопись. Сначала новички попадают в Ясли, это район города, где не действуют общие правила. Драться нельзя, кроме как по договоренности, квесты легкие, воровства нет, учителей много, опыт и деньги заработать легко. Большинство пацанов, которых я знаю, старались побыстрее получить десятый уровень и выйти в большой мир. Зря.
- Почему?
- Они не использовали возможности Яслей и наполовину. Вот смотри: ты кем по игре стать хочешь?
- Магом воды или шаманом. Мне программировать нравится.
- Тогда почему не землю берешь?
- С математикой плохо, даже в личном деле написано – «классический гуманитарий».
- Понятно. Тогда вот тебе пример насчет магов. Инициацию в Яслях можно получить у колдуна Степана, волхва Светозара, ведуньи Настасьи и еще у кого-то, не помню по имени. Неважно. Что делают игроки? Процентов пятьдесят проходят инициацию, добирают уровни и уходят в общий город. Еще процентов сорок проходят инициацию, осваивают базовые навыки, попутно собирая умения и набивая уровни, и тоже уходят. Одна десятая часть соображает, что навыки вовсе не обязательно брать только у перса-наставника, а раскачивать умения – только по выбранному классу. Эти ребята развиваются серьезно, планомерно, им любой клан рад будет.
Так вот, я тебе рекомендую оставаться Яслях до тех пор, пока не освоишь по максимуму магических и хотя бы один базовый воинский навык. Задача, конечно, сложная, но за четыре месяца должен управиться.
- Воинский-то мне зачем?
- Первые уровней пятьдесят заклинания не спасают – пожал плечами Олег. – Бегать и драться придется много. Да и форму подтянешь лучше, чем на тренажере.

С чего начинается старшая школа? С влажной уборки.
Сенсорный костюм лучше протереть, причем тщательно, с химией. Неизвестно, кто им до тебя пользовался. Конечно, вирт-кабинки регулярно ионизируются и даже где-то раз в месяц приходит тетечка с роботом-чистильщиком, но я всегда был брезглив и предпочитаю в данном вопросе перебдеть. Среди пацанов, да и девчонок тоже, попадаются редкостные грязнули. Имел бы лишних двести тысяч и квартиру побольше, купил бы индивидуальную кабинку, но «чего нема, того нема». Не с нашими доходами.
Вроде бы, все прибрал, можно подключаться. По правилам первое погружение в виртуальную среду обитания производится в присутствии и под контролем одного из учителей или хотя бы назначенного ими ответственного, но когда это у нас в России соблюдались инструкции? Тем более, что к четырнадцати годам каждый подросток хоть раз, да в кабинках сидел. Дома, у друзей, в развлекательных центрах или еще где. Так что раздеваюсь, складываю вещи в шкафчик, натягиваю едко пахнущий костюм, стараясь избегать появления складок, становлюсь в центре шарообразного помещения и мягко командую: «включение». Под ногами ничего нет, и тем не менее я чуть приподнимаюсь над полом. Все. С этой минуты и до конца работы геометрический центр моего тела совпадает с центром вирт-кабинки. Можно прыгать, кувыркаться, совершать самые рисковые акробатические кульбиты – реальное положение в пространстве не изменится.
Даже если электричество отключат. Бесперебойник стоит.
- Начало работы.
Свет погас, стены отдалились, вокруг простерлась чернота космоса с яркими точками сияющих звезд. Вроде бы эту заставку критиковали врачи, утверждая, что она развивает у детей агорафобию. Не знаю, не успел испугаться. Метрах в двух передо мной возникло изображение мужчины лет сорока, с располагающей внешностью и одетого в строгий консервативный костюм. Я поморщился.
- Пропустить заставку. Перейти к созданию персонажа.
Ничего полезного программа не скажет, а дольше четырех часов сидеть в обучающей игре школьникам запрещено законодательно. Считается, что слишком долгое пребывание в виртуале плохо сказывается на растущем организме, да и от учебы нас никто не освобождал. Мы, в теории, должны половину времени тратить на получение новых знаний по индивидуальному плану, чтобы во вторую закреплять их на практике в игре. На практике большинство старшеклассников рассматривает часы в кабинке как возможность развлечься на халяву и тупо монстров помочить.
Ну-ка, какие расы мне доступны? Компьютер на основе данных из личного дела сгенерировал персонажа-человека, но расу и некоторые характеристики можно сменить. Говорят, первый из сотен психологических тестов, используемых правительством для сбора информации о гражданах. Хотя сама игра – один большой тест. Выбираю эльфа (нпс-персонажи изначально настроены к ним доброжелательно, для меня этот бонус важен), смотрю на распределение очков по характеристикам и принимаю его, не меняя. Начальные характеристики особого значения не имеют, такие игры, как «Княжества», придуманы не для развлечения.
Так, имя… Оставить настоящее? Нет уж, спасибо. Лучше буду Андреем 1Малых, самый пристойный ник из списка свободных. Одежда, немного денег, карта в кошеле. Все, персонаж создан.
Современный вирт почти не отличается от реала, особенно если прорисовку и воздействие на органы чувств поддерживает мощный сервер. Нет, при желании выяснить, в какой из сфер обитания ты находишься, можно, есть методы. Их, кстати, в магии иллюзий изучают, надо бы получить несколько навыков. Но если не сосредотачиваться, то разницу уловить тяжело. Я мог бы поклясться, что стою на обочине деревенской улочки, каких и сейчас много в России, слабый ветерок чуть треплет длинные волосы на голове, а вокруг лают собаки, скрипят колеса проезжающей невдалеке телеги и перекрикиваются голоса:
- Васька, поганец, ты куда полез!
- Степанида, ты зачем на мою курицу помои вылила? Она теперь совсем нестись перестала, бедная! Компенсацию давай.
- Ишь, чего удумал, старый козел! Перебьешься!
- Опять новенький посередь дороги стоит. Эй, паря!
Я оглянулся. На меня смотрел мужчина лет сорока, одетый в короткие сапожки, штаны и длинную белую рубаху, подпоясанную веревкой.
- Первый раз у нас, так?
- Да – кивнул я.
- Тогда иди на рынок – он махнул рукой, указывая направление. – Там для новичка работа завсегда найдется.
- Спасибо – поблагодарил я за совет. Квесты мне пригодятся.
Рыночная площадь в Яслях всего одна, заблудиться сложно. Тем более, что я скачал с форума карту и более-менее в деревне ориентируюсь. Просто начальная локация для всех игроков немного отличается: один и тот же нпс может дать квест на вскопку огорода, или доставку письма, или подарит навык. А может вообще ничего не дать и послать в грубой форме.
Дошел. Лавки с разложенными на них товарами, крикливые продавцы, снующие по рынку с деловым видом игроки с подсвеченными над головой никами. Обычная такая деревенская площадь, разве что техники нет и люди без наладонников или вирт-очков. На форуме писали, техника, причем современная, появится в большом мире, но использоваться будет в рамках мира. Посмотрим, что разработчики придумали…
- Здравствуйте, вы староста?
- Предположим – не очень приветливо протянул седобородый крепкий старик с посохом. – Чего надобно, малый?
- Я хотел спросить, нет ли у вас для меня работы.

Четвертый день, понемногу осваиваюсь. Все-таки отличий от обычных игр много, но и сходства тоже есть. Например, набившее оскомину задание по убийству крыс в амбаре толстяка-мельника или доставка писем из одного конца деревни в другой (ладно, хотя бы логика присутствует – письмо обозвали любовной запиской и потребовали конфиденциальности, то есть не болтать). Вот с крысами я сейчас и хочу разобраться.
Выполнить задание по очистке амбара я вчера не успел, сработал таймер и меня выбросило в реал. Сделаю сегодня, но сначала получу инициацию на мага у ведуньи Настасьи, чтобы не одной только дубинкой махать. Да, кое-какое оружие я заработал, попутно поднявшись на пару уровней. Что интересно, характеристики ловкости, силы и прочие не изменились вообще, зато прибавилось с десяток полезных умений вроде «дробящее оружие первого уровня с плюс 1% к урону» и ему подобных. Это понятно, характеристики идут в тесной связке с навыками, к которым я еще не приступал.
Е-мое, да здесь настоящий госпиталь.
Настасья, судя по толпящимся во дворе больным, являлась местной целительницей. Сидеть в очереди не улыбалось, попытка просочиться мимо страдальцев чуть не провела к потере жизни или как минимум здоровья, к счастью, я вовремя сориентировался и помог затащить внутрь приемного покоя здоровенного мужика с замотанной тряпками ногой. Вокруг носилок сразу захлопотала помощница, а я успел спросить ведунью насчет инициации. Вместо ответа Настасья в прямом смысле махнула на меня рукой:
- Отработаешь десять дней.
Тотчас перед глазами всплыло сообщение: «Поздравляем! Ваши чародейские способности теперь активны! Вы имеете право выбрать одно начальное заклинание» и список, под которым напоминание, что теперь я не имею права покинуть Ясли, не отдав долг. Неприятно, теперь десять дней потрачу если не впустую, то что-то около того.
Пожав плечами, выбрал «ледяную стрелу» из школы воды и пошел к амбару. Выбора нет, все маги при инициации чем-то расплачиваются с учителями. Здесь такой принцип – что-то важное нельзя получить даром, только заработать. Светозар, к примеру, требует помочь крестьянам с постройкой дома или мощением улицы, или урожай убрать, или еще что-нибудь в том же духе. Вот такой вот воспитательный момент, блин.
Возле амбара уже крутилась парочка игроков в хорошей для начальных уровней экипировке. Играют долго или сосредоточились на уровневой прокачке, то есть на чистой игре. На меня надеты стандартные для новичка штаны, такие же сапоги, рубашка и шапка, полученные в оплату за мелкие услуги, палка и на боку торба с несколькими кусками хлеба. Зато целых двенадцать серебрушек и восемь зелий жизни и маны, для мага просто необходимых. Только их не видно, поэтому неудивительно, что смотрели на меня с легким пренебрежением.
Мельник не требовал уничтожить абсолютно всех грызунов, задание имело несколько градаций. Десять хвостов – минимальный уровень, убийство крысиного короля засчитывалось за «отлично». Ну, посмотрим, как дело пойдет. Я обошел вокруг амбара, постоял в тенечке не шевелясь минут с пять и с «чувством глубокого удовлетворения», по любимой присказке нашего физика, увидел показавшуюся из щели серую носатую мордочку. Теперь надо разобраться с заклинанием. Возникшая в руке сосулька меняла вес в зависимости от вложенного количества маны, а с глазомером у меня, скажем откровенно, не идеально. Ясное дело, что первая брошенная мной льдина разбилась едва ли не в полуметре от выскочившей на волю крысы. К счастью – или несчастью, как стало ясно несколько секунд спустя – в отличие от своего живого прототипа зверек не попытался сбежать. Он с яростным писком бросился ко мне, за считанные мгновения преодолел разделявшие нас метры и торжествующе вереща, укусил сапог. Ммать! Больно-то как! Та самая реалистичность передачи ощущений, качество, за которое школьные игры ругают многочисленные комитеты матерей, врачей и правозащитников. Имитация не абсолютная, индивидуально рассчитанный болевой порог она никогда не превышает, но все равно приятного мало.
Короче, создать второе заклинание я и не пытался. Тупо дрыгнул ногой, а когда крыса пошла на второй заход, приложил ее палкой. Слава богу, программа не потребовала от меня свежевать получившийся трупик и первый хвост занял свое законное место в ячейке инвентаря. После чего я потратил оставшуюся энергию, создавая и бросая льдинки в словно специально подготовленный чурбак, попутно вспоминая совет Олега прокачать один из базовых воинских навыков. У каждой специальности имелись свои – рукопашный бой у бойцов, иностранный язык у шаманов, скульптура, нотная грамота или рисование у бардов, например. Похоже, мне действительно требуется нечто, спасающее на коротких дистанциях. Сосульку-то я натренирую, на форуме читал, отдельные спецы ее после пары месяцев без всякой автонаводки на десять метров в цель метают, а вот вблизи требуется что-то другое.
Добившись приемлемых результатов, перешел на другое место и снова принялся ждать. Следующую крысу выцеливал долго, не торопясь – между прочим, сапог теперь придется чинить. Попал, с одного выстрела сшибив серой заразе все здоровье. Мана понемногу восстанавливалась, поэтому я простоял на одном месте весь следующий и еще половину часа, периодически отстреливая вылезавших из нор зверьков и время от времени про себя матерясь на разработчиков. Потому что промахивался примерно в трети случаев. Материться вслух не мог по той же причине – за мат в игре накладывали дебафы, а в особо запущенных случаях даже снижали характеристики.
Двадцать один добытый хвост позволял рассчитывать на относительно хорошее вознаграждение, да и времени до выхода оставалось не очень много. Ладно, на сегодня достаточно. Сдам квест и схожу на рыночную площадь, поспрашиваю местных на предмет поручений. Если ничего выдающегося не найду, с завтрашнего дня пойду на отработку к Настасье – не люблю ходить в должниках.

Переборщили программисты с натуралистичностью.
Сегодня последний день, когда я работаю в местной больничке. Думаю, буду вспоминать это место как страшный сон – я по жизни очень брезглив, а здесь приходится иметь дело с самыми неприятными сторонами человеческой физиологии. Помогать в перевязке больных, менять грязное белье, обтирать лежачих, выносить за ними утки. Содержимое уток по основным показателям – цвету, форме и запаху – полностью совпадало с натуральным, видимым мной дома в унитазе, а ведь таскать их приходилось за рабочий день не раз и не два. Фуу…
Есть и хорошие стороны – за прошедшие десять дней я открыл пяток навыков. Ценность их невелика, в сумме на единицу характеристики, но лиха беда начало. Так составители борются с читерами. Те предметы, которые изучались в школьной программе (история, биология, иностранный) дают небольшую прибавку к характеристикам, в отличие от изученных самостоятельно. Хотя система не простая. Скажем, в школе я изучаю английский. Значит, навык «английский язык первого уровня» открывается у меня в том случае, если я сдам экзамен по программе первого-третьего классов и дает прибавку ноль целых одна десятая процента к интеллекту, заодно открывая доступ к «английскому языку второго уровня». Который, в свою очередь, соответствует школьной программе за четвертый и пятый классы и дает прибавку в три десятых процента. Одним словом, первые три уровня получить легко, при условии нормальной учебы достаточно повторить пройденный материал, но и характеристики они в сумме повышают всего на единицу.
Иное дело навыки, освоенные самостоятельно или в процессе игры. Тут два варианта – внешний и внутренний. То есть, к примеру, если ты дома, в кружке или с друзьями изучал программирование на нестандартных языках, то сдаешь экзамен колдуну-ритуалисту и получаешь честно заработанную единицу мудрости за первый же уровень. Еще одну за второй, третью за третий и так далее. Или можешь у него же попросить учебники, или даже заниматься час или два ежедневно прямо в игре, под конец обучения опять-таки сдав экзамен. Многие, кстати, предпочитают действовать вторым путем – материал освоить проще.
Все. Прием закончен, больные заснули, меня зовет Настасья.
- Ну что, Андрей, вышел твой срок.
- Вышел – согласился я, стараясь удержать облегченный вздох.
- Остаться не хочешь? Парень ты старательный, от работы не бегаешь, соображаешь быстро. Я бы тебя подучила кой-чему.
Интересно.
- Чему подучили, госпожа ведунья?
- Скажем, навык «первая помощь», двадцать академических часов обучения. Или «основы фармакологии», если химию до пятого уровня подтянешь.
Предложение в целом заманчивое, где медицинский навык, там и магическое умение, а целителя любая группа с радостью примет. Но потратить еще двадцать часов я сейчас банально не готов. Устал от больничных запахов, вида ран, от стонов, до одури похожих на настоящие. Хочу отдохнуть, расслабиться, десяток квестов выполнить.
- Я обязательно попробую, только попозже, можно? У меня на ближайшее время немного другие планы.
- Конечно можно – пожала плечами Настасья. – Срока действия разрешение не имеет. Приходи ко мне или любому другому целителю, когда будешь готов.
Ведунья развернулась и ушла, позволяя осмыслить ситуацию. А жизнь-то налаживается! Отработку закончил и теперь имею право покинуть Ясли, получил доступ к новой ветке развития, и самое главное – свобода! Полчаса свободного времени еще осталось, и я побежал на рыночную площадь, поспрашивать на предмет наиболее ценных квестов. Сегодня, конечно, уже ничего не успею, но завтра смогу начать сразу с утра.
Староста, обычно дававший наиболее интересные и выгодные задания, сидел на своем обычном месте. Он, кажется, только ночью отсюда и уходит.
- А, молодой ведун – приветствовал он меня куда дружелюбнее, чем в первую встречу. Репутация-то за прошедшее время повысилась. – Подрос, вижу, вижу… С чем пришел? Опять работу ищешь?
- Ищу, господин староста.
Старик покачал головой.
- Есть у меня работа, как не быть. Только ты сначала лучше бы пошел, объявления почитал. Может, что получше моего найдешь.
Невдалеке действительно стояла доска с предложениями работы, к которой я безуспешно сунулся еще в первый день. Вместо текста объявлений увидел надпись «прав доступа для просмотра недостаточно» и с тех пор искал квесты в других местах. Это что же, еще один бонус по результатам работы? Посмотрим, насколько велика плюшка.
«Поймать восемь живых птиц», «отнести письмо на дальние выселки», «провести тренировку с детской футбольной командой», «помочь мастеру в починке моста», «принести двенадцать стеблей дикого лука». На каждом объявлении стояла маленькая пометка-рекомендация, помогающая игрокам определиться, стоит ли брать задание. Просто информация, что туда-то лучше до восьмого уровня не соваться, а здесь предпочтительно знание магии или высокая скорость бега. И что выбрать? Квесты, интересные мне, слишком рискованные, а рекомендуемые моему уровню денег и опыта дают мало.
- Слышь, ты не маг?
Рядом стоял парень в экипировке воина. То есть в доспехах, с длинным мечем, щитом и рюкзаком за спиной, причем даже на первый взгляд вещи выглядели неплохого качества. По местным меркам, разумеется. Чтобы такими разжиться, требуется пахать не один месяц. Скорее всего, мой сверстник – доступ к школьным играм дается после четырнадцати лет или в особых случаях по медицинским показателям. Олег, к примеру, после аварии руками двигал с трудом, ему позвоночник по кускам собирали. Игру ему назначили в качестве терапии в двенадцатилетнем возрасте.
- Возможно.
- Класс! Пойдем на скелета в группе?
- На какого скелета?
Пацана звали Онгеносным – забавно, всего одну букву в слове переставил, а какой эффект – и ему требовалась по условиям задания кость нежити. Единственный на всю округу скелет, слабенький и чахлый, пользовался бешеной популярностью у игроков, поэтому раздраженные постоянными издевательствами над неупокоенным предком деревенские заперли бедолагу в склепе, навесив сверху магический замок. Открыть его Онгеносный, как ни пытался, так и не смог.
- Я даже флакон маны на печать вылил – поделился он горем. – Без толку.
- Понятно. От меня-то ты чего хочешь?
- Я на форуме порылся, там пишут, замок любой маг откроет. Нужно просто положить ладонь на печать и подать энергию, как в заклинание. Помоги, а?
- Ну – я задумался – что мне с того будет?
- Экспы получишь за командные действия за бесплатно – пожал плечами Онгеносный – драться-то со скелетиком буду я. Ладно, еще серебрушку сверху накину.
Получить серебряный и опыт почти даром – сделка прекрасная. Если, конечно же, все обстоит так, как он рассказывает.
- Ты точно справишься с нежитью?
- У меня уже десятый уровень, а у него всего-то шестой. Это у меня последний квест перед выходом в большой мир.
- Я бы с тобой сходил, но у меня время заканчивается – признался я. – Скоро из игры выкинет. Только если завтра.
- Нормально, у меня у самого двадцать минут осталось. Тогда давай встретимся здесь же завтра, в два по московскому.
- Договорились – мы пожали руки, скрепляя договор.
Выход.
Пока одевался, раздумывал, какому неординарно мыслящему человеку пришло в голову дать подросткам учебник-игру. Сейчас во многих коммерческих фирмах при найме молодых сотрудников, только что окончивших школу, требуют не школьный аттестат, не дипломы, а таблицу навыков. Это условно-открытая информация, для публичных категорий профессий типа политиков она выставляется в открытый доступ, в то время как обычные граждане могут запретить публикацию. Большинство запрещает.
Если мне не изменяет память, систему образования стали менять где-то в середине двадцать первого века. Тогда совпало сразу три фактора. Во-первых, закончилась череда мировых кризисов и у нас в России сформировался имперский социализм (на Западе до сих пор не поймут, как так получилось и что оно такое). Во-вторых, развитие технологий привело к появлению развитой виртуальной реальности, еще лет через пятьдесят переродившейся в полноценную сферу обитания. Тогда же создали первые вирт-кабинки, но они стоили дорого, не то, что сейчас. И, наконец, последним толчком стал закон «О домашнем обучении», принятый в две тысячи шестидесятом или около того. Он тщательно прописывал условия домашнего или дистанционного обучения детей, то, что в те времена называлось «хоумскуллингом».
Внезапно выяснилось, что школа в том виде, в каком она существовала тогда, не нужна. Дистанционное обучение дает лучшие результаты, намного более дешево, имелись и другие положительные моменты. Министерство образования пыталось игнорировать результаты исследований, но долго скрывать, что обучавшиеся по новым методикам дети банально больше знают и умеют, не получилось. Пришлось искать выход из неприятной для всякого чиновника ситуации, причем быстро.
Имелась тогда такая фирма, «Новые технологии». Контрольный пакет акций принадлежал то ли племяннику действовавшего президента, то ли зятю, не суть. Короче говоря, этот родственник – скорее всего, не сам, а с помощью аналитиков – мигом просчитал ситуацию, прикинул возможный рынок, пообщался, с кем надо, и предложил эксперимент. Дескать, я вам специализированные кабинки для вирта и школьные программы нового поколения, позволяющие готовить хороших специалистов – мы тогда опять к войне готовились – а вы мне денежку подкиньте и желательно побольше.
Проект, может, и планировался как попил бабла, но слишком уж пристальное внимание привлек, причем на всех уровнях. Пришлось работать. Первые лет десять результаты были спорные, потом технологии отработали, профессиональные педагоги и психологи создали нужные методики, нормальных сценаристов наняли, и постепенно обучение в вирте стало стандартом. Результаты всех устраивают: дети получают качественное образование плюс практические навыки, успевают понять, чем хотели бы заниматься во взрослой жизни, а общество может оценить не только их усидчивость и умение решать однотипные задачки из учебника, но и лидерские качества, хитрость, коммуникабельность, изворотливость, способность к нестандартному мышлению. То есть все то, что школьные педагоги раньше старательно задавливали.
А если повышать навыки не хочешь и просто играешь, моча монстров – твое право. Работай на погрузчике или просто сиди в вирте на минимальном пособии, экономика это позволяет.

На следующий день, как и договаривались, мы с Онгеносным снова встретились на рыночной площади. По его словам, кладбище располагалось в получасе ходьбы на холмах, причем в тех же местах растет особо нужный бабке Марьяне лопух. Квест бабка дала без вопросов и быстро, то есть совет пригодился.
Пока шли, разговорились.
- Воинами обычно становятся кто? – спрашивает парень и тут же отвечает. – Будущие армейцы, спортсмены, часто инженеры попадаются и вообще люди с математическим складом ума. Правда, они обычно в «Галактику» играют, в «Княжестве» их мало. Причем чистые бойцы встречаются редко, не то, что паладины или там рыцари смерти разные.
- А навыки у вас какие?
- Да те же, что и у магов, просто характеристики дают другие. И то, что для нас является базой, у магов считается второстепенной веткой развития. Но ограничений здесь нет, класс при желании сменить можно.
- Мне один парень советовал взять базовый навык по бойцам.
- Хорошее дело – кивнул Онгеносный. – Сила, ловкость и выносливость всегда пригодятся, даже если будешь социала прокачивать. Я своими глазами видел, как бобер пятого уровня завалил мага шестого, а почему? Вплотную подобрался. Живучести у перса мало было. Опять же, навык в резюме смотрится прилично, показывает, что чел нормальный, не ботан и не заучка.
Об этом я прежде не задумывался.
- Ты у кого учился?
- У кузнеца Ивана. Он вроде как бывший наемник и за деньги дает уроки. Ты что хочешь взять?
- Не знаю… Рукопашку, наверное.
- Угу, и выйдешь с голой пяткой против двуручника?
- Тогда что?
- Маги обычно с посохами или жезлами ходят – почесал затылок Онгеносный. – Хотя рукопашка тоже нужна. Знаешь, если время есть, лучше освой «боевые искусства». Это шест, дубинка, меч, нож и борьба без оружия на самом начальном уровне, общее время занятий примерно сотня часов.
- Сто часов?! – переспросил я.
- Многовато, я не спорю – согласился воин. – Зато немагические характеристики в сумме сразу на пять единиц повысишь, и бонус какой-нибудь наверняка выпадет. За непрофильный навык много чего дают.
- Да, но сто часов!
- Три-четыре месяца, если заниматься каждый день. Да ладно, ничего страшного. Нагрузки повышаются постепенно, массаж мышцам капсула обеспечивает, травмы на тренировках не грозят. Сказка, а не учеба!
- Ты еще скажи, через год черный пояс получу.
- Не, обломись. Чтобы профессионалом стать, надо в реале заниматься.
Маленькое кладбище оказалось окружено высоким забором, запертым на большой висячий замок. Пришлось перелезать через стенку. В игре существует воровской навык «вскрытие», объединяющий в себе как взлом замков, так и основы хакерских атак на чужие компьютеры, но его просто так не получить – требуется выполнить сложный квест и иметь высокую репутацию. Говорят, те, у кого он прокачан, пользуются пристальным вниманием спецслужб и крупных госкорпораций.
Наложенная на помпезный склеп печать тускло светилась синим. Вот интересно, кто придумал поместить в антураж российской сельской глубинки декорацию из средневековой Европы? Должно быть, с чувством юмора человек. Последнее пристанище бывшего старосты смотрелось в окружении ухоженных могилок примерно как прыщ на лице светской красавицы, то есть сразу бросалось в глаза.
На форуме писали, просто положить ладонь на центр и начать переливать ману…
- Ты готов?
Онгеносный надел шлем, вытащил меч из ножен и перебросил на руку щит со спины:
- Давай, начинай.
Ну, мое дело маленькое.
Задача действительно оказалась простой, можно сказать, примитивной. Правда, мой резерв оказался мал для полного заполнения печати и пришлось пожертвовать двумя зельями восстановления маны, но их в торбе еще три штуки осталось. Наконец замок щелкнул, раскрываясь на две половинки, и я проворно отошел в сторонку – мало ли что. Предосторожность оказалась не лишней. Стоило Онгеносному распахнуть дверь, как из темного проема пахнуло сыростью, раздался недовольный вой и на свет выскочило отвратительно выглядящее существо, только отдаленно напоминающее человека.
Я уже писал, что программисты перебарщивают с натуралистичностью? Тогда повторюсь: перебарщивают. Сильно.
Логически рассуждая, нежить, носящая гордое название «скелет», должна выглядеть как сборище отполированных костей, скрепленных между собой непонятным образом. Это в теории. На практике же восставший мертвец больше всего напоминал хорошенько обглоданный собаками труп с остатками жил и мяса на костяке. Хотя даже с внешностью можно было бы примириться, если бы не одно «но» - он вонял. Я стоял метрах в шести от буйного трупешника (кажется, у меня получилась спонтанная телепортация) спрятавшись за покосившимся крестом, и то меня от вони замутило. Какового же пришлось Онгеносному? Неудивительно, что парень слегка зашатался и в первые мгновения боя пропустил пару довольно сильных ударов.
Легкая миссия? Онгеносный только и мог, что закрываться щитом. Стало очевидно, что если ему не помочь, то сначала нежить добьет основного бойца, а потом займется мной, многолюбимым. Можно было бы попытаться убежать, но, во-первых, не факт, что получится, во-вторых, бросить товарища по партии означает серьезно просесть по репутации. Придется вмешаться.
Первая ледяная стрела прошла выше, вторая попала скелету в район поясницы. В госпитале я в свободное время тренировал бросок и в обычных условиях на десяти метрах уверенно попадал в чурбак размером метр на сорок сантиметров, просто сейчас руки дрожали. Третья слегка повредила старосте ногу, после чего он отвлекся от добивания Онгеносного и шустро развернулся в мою сторону. Пришлось спешно сматываться, попутно крича воину, чтобы скорее лечился – скорость у нежити явно превосходила мою.
Мы сделали всего один круг по кладбищу, прежде чем скелет меня догнал. Счастье великое, что произошло это возле склепа, где нас поджидал подлечившийся и пришедший в себя Онгеносный, разозленный на проявленную слабость. Он резко заступил дорогу почти целой нежити – две моих ледяных стрелы снесли с нее всего пятнадцать очков жизни из ста двадцати, правда, немного замедлили движения – и с ходу рубанул ее мечем по голове. Точнее, по черепушке, раскалывая ее надвое. Судя по результату, удар вышел критическим, потому что скелет замер и, пошатываясь, принялся неуклюже шарить вокруг руками. Которые Онгеносный тут же отрубил, после чего парой взмахов клинка избавил туловище и от нижних конечностей.
- С..ка, б..я! Я тебя…!
Мне потребовалась минут пять, чтобы отдышаться, и все это время напарник ругался, пиная ногами сползавшиеся кости. Наконец я смог вставить пару слов в непрекращающийся матерный монолог:
- Слушай, хватит уже. И так наверняка дебаф заработал.
Онгеносный еще раз пересчитал сапогом чужие ребра и с неудовольствием посмотрел куда-то перед собой. Похоже, насчет штрафа за мат я оказался прав.
- Минус двадцать процентов к ловкости на сегодня. Фигня, не страшно – тем не менее, ругаться он перестал, зато начал осмысленно растаскивать конечности в разные концы кладбища.
Упокоить нежить в игре можно либо особым образом зачарованным оружием, либо магией, либо сжечь. Первые пункты для нас недостижимы, а костер мы складывать не стали, хотя обоим очень хотелось. Деревенские разозлятся, если мы им предка окончательно прибьем, могут наказание наложить. Но задержать возрождение скелета нам вполне по силам, чем боец и занимался. Я же тем временем размышлял, имею ли право требовать долю в добыче после происшедшего – в конце концов, только мое деятельное участие позволило Онгеносному выполнить квест. Решил, что имею.
- Слушай, мы договаривались, что я постою в стороне и в драку не участвую, так?
- Так – вздохнул парень. Он сразу понял, куда я клоню.
- И без меня скелет мог тебя завалить, верно?
- Кость не отдам. Она одна такая.
- На кость не претендую. Но если найдем учебные свитки по магии, то ты их мне отдашь. Ну и денег добавь, что ли.
- Десяток серебряных устроит?
- Договорились.
Несмотря на страшненькое начало, для меня задание закончилось успешно. Получил опыт за участие в убийстве монстра, почти достигнув пятого уровня, денег заработал, плюс к репутации. Правда, ничего полезного в склепе не нашлось, все разграбили до нас, но я особо и не надеялся. Заклинаниям в игре учат в гильдиях или персонажи-наставники, учебные свитки попадаются крайне редко.

- Кончик меча нацель в горло противнику. Колени согни и расслабь, покачайся на ногах, вот так. Не напрягай мышцы, устанешь быстро…
Интересно, наш наставник – программа, искусственный интеллект или живой человек? Если первое, то сложность у нее умопомрачительная.
Признаю – погорячился. Брать «боевые искусства» целиком, а не отдельные поднавыки вроде «рукопашного боя» или «древковое оружие», не следовало. Просто меня поразило, насколько беспомощен может оказаться маг перед самой примитивной нежитью. Догонявшему меня скелету хватило бы одного удара, чтобы отбросить мое здоровье в красную область, причем возможное наличие доспехов принципиально ничего бы не изменило. Сожрал бы меня трупешник. Вот под влиянием происшедшего, все еще не отойдя от нервной дрожи, я побежал к кузнецу Ивану договариваться насчет занятий.
Урок на будущее – не принимать серьезных решений второпях.
Кузнец, зараза такая, брал двадцать серебряных за каждые десять занятий. То есть помимо того, что у меня ежедневно (ладно, почти ежедневно, примерно раз в неделю я позволял себе передышку) час или два уходили на тренировку, остальное время приходилось тратить на выполнение квестов. Денег-то нет, их надо зарабатывать. Счастье еще, что высокая репутация позволяла брать хорошо оплачиваемые задания, иначе точно в три месяца не уложился бы. Я довольно скоро понял, какую задницу сам себе устроил, но дать обратный ход было уже нельзя – пометка о проваленном обучении в будущем аукнется неприятными санкциями. Типа, недостаток воли, упорства и все такое.
Еще одним неприятным моментом являлся срок в четыре месяца, установленный для пребывания в Яслях. Нет, игрок имел право находиться здесь и дольше, никто его выгонять бы не стал, просто у него начинали возникать разные сложности. Например, староста переставал давать ему квесты, репутация у населения внезапно падала, на пути часто возникали мини-локации с дебафами и все в таком духе. Хотя я встречал упоминания только о двух мутных типах, протянувших в зоне обучения так долго – большинство игроков стремится выйти в большой мир. Там интереснее.
Хотя есть и плюс. В реале я никогда не находился в настолько хорошей физической форме, как сейчас. Поначалу, конечно, очень сложно пришлось, организм стонал, несмотря на помощь костюма, но в конечном итоге втянулся.
А ведь еще приходилось и обычные навыки подтягивать, типа биологии или геометрии. Прирост характеристик они давали минимум, игрового времени отнимали немного, так что иногда мелькала мыслишка забить на них и сосредоточиться на выполнении заданий. Не повезло – вмешалась мать. Она долго хохотала, узнав о моем обломе с кузнецом, потом, успокоившись, влезла в статистику и принялась полоскать мозги на предмет того, почему не получены все школьные навыки. Разразился маленький семейный скандал, окончившийся соглашением: я закрываю физику, химию и прочие школьные предметы, не снижая темпа изучения «боевого искусства», а мама увеличивает мои карманные деньги в два раза. Потому как времени на подработку, которой я занимался с двенадцатилетнего возраста – неофициально и незаконно, ясное дело – у меня уже не останется.
Вот примерно в таком темпе прошло месяца два, и я решил устроить себе отпуск. Достало, просто все достало. Хочу отдохнуть. Получается, что в игре я только учусь и работаю, хотя восемь из десяти моих сверстников сюда развлекаться заходят на халяву.
В общем, я договорился с Иваном, что примерно на неделю исчезну, и взял долгий лесной квест. Он в Яслях считался самым сложным, обычно его выполняли перед выходом в большой мир. Требовалось дойти до избушки волхва Касатона, избегая всяких дорожных неприятностей, и уговорить деда прийти в деревню, причем последняя задача считалась как бы не самой сложной – характер персу прописали больно вздорный. Сильных мобов по пути не встречалось, ловушки тоже были стандартные, уже виденные, основная трудность заключалась в самой дороге. Ориентирование на местности, устройство стоянки, лечение укуса ядовитой гадюки, переправа через реку и преодоление небольшого болотца.
Короче говоря, турпоход в одиночку, индивидуальное выживание на природе. Командами ходить нельзя.
Будучи горожанином в неизвестно каком поколении, с лесом я знаком не слишком хорошо. Так, пару раз выезжал на рыбалку с ночевкой, ну и на шашлыки с пацанами каждый год выбирался. Поэтому решил обратиться за советом к мудрому опытному человеку, потому как с первого раза квест проходило не более трети игроков, а умирать, пусть и в игре, не хотелось. Говорят, это больно.
- Что, «лесную жизнь» наконец-то ввели – понимающе закивал дядя Сережа. – Давно пора.
Он приходился мне дальним родственником со стороны отца и периодически навещал нас с матерью, привозя разные забавные штуковины. Работа в МЧС позволяла ему бывать в разных местах, даже на окраине Солнечной системы людей спасать доводилось, так что в предмете разбирался.
- Какую лесную жизнь?
- Серия новых сценариев, написанных по нашему заказу – пояснил дядя Сережа. – Решили сократить число квестов на гражданскую оборону, взамен увеличив долю нашего министерства.
Оказывается, школьная программа и сценарии игр пересматривались раз в десять лет. Иногда чаще, как во время буддийского джихада или Огненной революции, когда резко выросла активность террористов. Состояние программы отражало влияние того или иного министерства и ведомства – чем больше «профильных» квестов удалось пропихнуть, тем круче нынешний руководитель структуры. Неудивительно, что чиновники рубились за сценарии насмерть.
- Собаки у тебя нет?
- Нет, питомцы только в большом мире доступны.
- Избушки, строения по дороге есть?
- На форуме писали, ничего такого.
- То есть ночевка в лесу – кивнул дядя Сережа. – Понятно. Знаешь, в реале я бы тебе рекомендовал вообще не спать. Одну ночь перетерпишь, а бодрствующего человека зверь вряд ли тронет. Но раз уж тебе придется из вирта выйти, причем считается, что в это время персонаж спит, то сделай лучше так…

Девятнадцатый уровень. Три месяца и двадцать девять дней игрового времени.
Успел. Впритык, но успел.
Гадский навык «боевое искусство» дался мне большой кровью, причем и в прямом, и в переносном смысле. За время обучения я несколько раз неплохо получал по носу, сломал кисть, о растяжках и потертостях не говорю. Под конец срока думал плюнуть на все и превысить четырехмесячный лимит, но каким-то чудом сумел собраться и занимался без перерывов. Счастье еще, что задания выполнять было не обязательно – денег и опыта хватало, в сумке лежат четыре учебные книги с неизученными заклинаниями. Вообще с магией сложилась забавная ситуация: я, будучи по классу магом, владел всего шестью заклинаниями (правда, хорошо прокачанными), но львиную долю времени тратил на обучение базовым навыкам воина. Поэтому выносливость и сила выросли едва ли не вдвое по сравнению с запасом маны.
Я бросил взгляд на таблицу характеристик, пробежался глазами по навыкам, скривился, вспомнив вчерашний экзамен. Кузнец Иван, кем бы он ни был, к своим обязанностям наставника отнесся со всей серьезностью. Спрашивал с нас, его учеников, строго. И больно. Экзамен обошелся мне в рассеченную губу(рукопашка), отбитый хребет (палка), гематому на плече (дубинка) и две неглубокие раны на груди (нож и меч). Тем не менее, результат мне засчитали, и обучение признали завершенным. Стоят такие муки пяти единиц характеристик? Нет, однозначно не стоят. Жалею я, что прошел обучение?
Нет, не жалею.
Знать, что ты выдержал, в чем-то себя преодолел – вот ради этого стоило горбатиться.
Даже в чем-то жалко тех парней и девчонок, которым жизнь такого урока не преподнесла. Они просто играли, повышали уровни, совершенствовали умения и, скорее всего, проводили время в игре куда веселее. Счастливые. Ну, может, все у них впереди. Разработчики постараются.
Интересно, какие еще уроки приготовила нам Игра?
Скоро узнаю.
Детство в Яслях закончилось. Я стою перед затянутой туманом аркой и готовлюсь выйти в большой мир.

На вызовах

- Да что за ночь сегодня такая? – Борис, едва войдя в комнату, принялся ругаться. Даже заляпанные чем-то коричневым бумаги на стол не кинул, а размахивал ими в воздухе, словно знаменем. – Вызов за вызовом, и все идиотские! Сначала та дура насчет ребенка, теперь вот наркоманы какие-то. Все, увольняюсь!
Постольку, поскольку обещание уволиться от Бориса поступало примерно один раз в неделю, крик души был проигнорирован. К слову сказать, никакой он не Борис, а самый настоящий Барак, сиречь «молния» по-еврейски. Просто после избрания некоего афроамериканца президентом самой демократичной страны в мире пользоваться настоящим именем на закрепленной за подстанцией территории стало как-то некомильфо, да и основная клиентура – алкоголики – реагировала неадекватно.
- Какая дура? – без особого интереса поинтересовался Иероним
- Да та, с ребенком – отмахнулся младший коллега. – Адинка вызов приняла, не сообразила, что мы детьми не занимаемся, ну и пришлось мне отдуваться. Причем впустую смотался, вот что обидно! Мальчишка орет, зубы режутся, температура тридцать семь. А эта ведьма решила, что он помирает, и давай названивать!
- Главному говорил?
- Толку-то с того? Будто не знаешь, чья она дочка?
Адина Уфир, недавно принятая и потому неопытная диспетчер, отчаянно боялась ошибиться и принимала практически все вызовы – даже те, принимать которые не стоило бы. Не понимала, что с такой фамилией увольнение ей не грозит. Любимый дедушка в системе здравоохранения пользовался весом и занимал должность, позволявшую отпускать родственнице почти любой грех.
- А что за наркоманы?
- Золотая молодежь – Борис презрительно сплюнул на пол. – Развлекаются на папочкины деньги. Ульянова, двадцать, квартира шестьдесят. Представляешь: вхожу в комнату, табачный дым - коромыслом, в углу кто-то блюет, в другом углу троица обжимается. А фигурант лежит на полу и уже не дышит! Во прикол был бы, если бы откачать не удалось… Ты что пишешь?
Иероним отложил в сторону заполненный бланк и потянул к себе следующий.
- Мишка пять ампул святой воды посеял. Готовлю отмазки.
Борис присвистнул. «СВ-2012», как и все наркотические препараты, находился на строгом контроле, за каждый случай применения старшему смены належало расписываться аж в трех журналах. Причем могут и анализ из остатков взять - не разбавляли ли. Даже за одну ампулу полоскали мозги изрядно, за пять могут в «куда надо» сообщить и срок впаять.
- Где это он так?
- Сам не знает. Говорит, вечером в сумку клал, а на следующую ночь, когда понадобилось, в отделении было пусто. Он сейчас в соседней комнате страдает, пытается вспомнить, не подходил ли кто.
Намечавшийся обмен мнениями прервал звонок настенного коммуникатора, молоденький женский голос объявил:
- Пролетарская, сорок два. Ноль три, шесть-шесть-шесть, на вызов, плохо с сердцем.
- У Ивана Яфетовича-то? – недоверчиво хмыкнул Иероним, тем не менее, вставая из-за стола. – Да он нас всех переживет.
Несмотря на выраженное вслух недовольство, задерживаться на станции он не собирался. Во-первых, диспетчер приняла вызов, а сейчас была его очередь. Во-вторых, хотелось размяться после писанины. В-третьих, этот адрес он навещал часто и успел сдружиться с могучим стариканом, несмотря на древний возраст не утратившим чувства юмора и остроты ума. Да и здоровьем дедушка отличался отменным. Просто жил он в одиночестве, скучал, вот и искал время от времени собеседника в самых разных местах и сферах.
- Все, я пошел.
Высокая, закутанная в глухой темный балахон фигура исчезла, будто ее и не было.

Сидевший в кресле старичок, последние четыре десятка лет проживавший по адресу улица Пролетарская, дом сорок два, квартира четырнадцать, с удовольствием наблюдал за наливающимися краснотой линиями пентаграммы. За границей рисунка сгущалась темнота. Наконец, вызов завершился, и облаченный во мрак демон блеснул алым взглядом из глубины капюшона. Недовольно посмотрел по сторонам, выискивая, где бы присесть.
- Ну и зачем ты звал меня на этот раз, колдун?

Конвой

Игорь сидел на своем обычном месте, в небольшом закутке возле барной стойки. Очень удобно устроился: видит всех вошедших в зал, но мимо него взгляд будто сам собой проскальзывает.
- Привет.
Он кивнул в ответ, не отрываясь от своего занятия. Меня всегда подмывало спросить – он действительно различает что-то в чашке с кофе или просто не хочет смотреть на людей? Он от них так устает? И всякий раз я молчал. Не мое это дело.
- Когда у тебя дежурство?
- Через сорок минут – он наконец-то посмотрел на меня. – Почему один?
- Дита монтирует автономное питалово для анабиозников, остальные отсыпаются.
В мирное время капитана, разместившего на боевом корабле анабиозные камеры с гражданскими лицами, отдали бы под трибунал. Вместе с адмиралом, издавшим на этот счет разрешающий приказ по эскадре. Сейчас воспримут как должное, могут даже благодарность объявить, если живы останемся. Потому что война.
В конвое сто семьдесят девять кораблей, из них всего двенадцать военных. Шесть крупных барж с колоссальным тоннажем, два транспортника средних размеров, остальные – мелочь типа прогулочных яхт и курьеров связи. Иными словами, любые лоханки, оснащенные гипердвигателями. Сейчас все они под завязку забиты людьми, количество эвакуированных сдерживалось только мощностями энергетических установок и устойчивостью их очистительных систем. Дети, молодые женщины, горстка по-настоящему ценных специалистов. Все-таки тот губернатор, Семенов, железный мужик. Был. Сразу, едва услышал о появлении ушастых, упразднил демократию, реквизировал все, способное совершать прыжки в пространстве, и лично распределил места на судах, недрогнувшей рукой вычеркнув из списка себя и жену. Инженеры совершили чудо, увеличив число вывезенных с планеты на четверть, но все равно на обреченном Тумане осталось почти триста тысяч человек.
Умирать.
- Автономное питание – это хорошо – тянет Игорь. – Оно им понадобится.
- Есть новости?
- Старости – он снова пялится в чашку. – То, что придется прорываться, мы знали и раньше.
- Будем драться?
- Да. Можешь радоваться.
Радости во мне нет, и он это знает. Те времена, когда я мечтал повстречать рейдер ушастых и отдать орудию приказ открыть огонь, уже прошли. Не знаю, когда. Может, после Новой Сицилии? Я спускался на планету после того, как наши отбили ее. Видел, во что превращаются люди после применения боевых вирусов шаару. И теперь во мне никакого азарта не осталось, и ненависти не осталось – я просто знаю, что с некоторыми врагами мир невозможен.
Собственно, с Новой Сицилии началась война. До нее происходящее классифицировалось как «приграничный конфликт с инопланетной расой, возникший из-за прискорбного отсутствия взаимопонимания». Формулировка, скрывающая под собой стычки, уничтоженные форпосты, взорванные базы… Прежде мы с чужими не воевали. Сто лет назад случился Стелларский инцидент, но тогда обе стороны быстро нашли общий язык и договорились о границе. Сейчас торгуем, на Земле посольство иннан сидит. Уверения политиков о всеобщем мире и процветании, якобы наступивших с той поры, на деле означают, что люди убивают только других людей, причем почти исключительно в космосе, и на планеты стараются не соваться. В центральных мирах, тех, что поближе к Земле, боевые действия действительно не ведутся. Дорого, разрушительно, может закончиться непредсказуемо. Слишком опасно для всех заинтересованных сторон, вот никто и не хочет нарушать сложившееся равновесие – на нарушителя набросятся все. В Пограничье жизнь намного проще. Здесь население самых развитых планет редко превышает миллион человек, поэтому внезапным «визитом» эскадры легких крейсеров без опознавательных кодов местных не удивить. Налетят, разнесут все, что на орбите, точечно отбомбятся по стратегическим объектам и исчезнут, растворятся в космосе. Или, скажем, пересекутся пути дозора Российской Федерации и многоцелевого исследователя Британского Содружества, обменяются ребята парой залпов… О таких вещах в новостях не рассказывают. Простых людей пугать незачем, а кому надо, тот и сам знает.
Чужаки, кажется, в нашем государственном устройстве не разбирались.
В очередной раз чего-то не поделили Китай и Объединенный Европейский Союз, их флоты сосредотачивались на границах. Мы, русские, на всякий случай тоже перебросили пару эскадр поближе к точке конфликта. Поэтому когда пришло сообщение о приближающихся кораблях потенциального противника, встретить их нашлось кому, пусть и разрозненно. В короткой серии столкновений большую часть рейдеров удалось уничтожить или отогнать, но не везде – Новую Сицилию, пограничную планету ОЕЗ, прикрыть оказалось нечем. Сил не хватило.
После того, что шаару сотворили с населенным людьми миром, междоусобицы поутихли. Наиболее пострадавшие тогда европейцы заключили пакт с китайцами, мы к нему присоединились, спустя год в Альянс попросились индусы. У людей вообще лучше всего получается дружить против кого-то. Остальные крупные силы об инцидентах с ушастыми почти не сообщали, сектора тех же латиносов или арабов лежали в другом направлении, но столкновение их тоже встревожило. Провоцировать новые конфликты они перестали. Правда, британцы традиционно гадили исподтишка.
- Ладно, пойду – Игорь тяжело поднялся со стула.
- Да посиди еще.
- Через час выходим из прыжка – он дернул щекой, словно вспомнил что-то очень неприятное. – По всему кораблю боевую тревогу объявят, а для нас – в первую очередь. Не хочу потом суетиться. Ты бы тоже проверил своих обалдуев лишний раз, чтоб потом чудес не было. Вам сегодня стрелять.
- Плохое предчувствие?
- Оно самое.
К предчувствиям Игоря следовало отнестись всерьез. Они его, как правило, не подводили.

Что такое рубка тяжелого излучателя эпсилон-класса? Это бронированная комната с тремя вирт-камерами, в которых плавают тела расчета, и пристегнутый медик в скафандре высшей защиты, тщательно следящий за показаниями приборов. Есть еще обслуживающий персонал в лице техника Диты – родители назвали ребенка Афродитой, чем обеспечили букетом комплексов в школьные годы – но она во время боя входит в состав тревожной команды и может находиться где угодно. Командир расчета, то есть я, обеспечивает наведение и ведение огня, второй номер следит за взаимодействием с информационной сетью корабля и занимается текущим анализом, энергетик отвечает за подачу энергии и готовность к выстрелу. Задача медика – сделать так, чтобы орудие стреляло. И чтобы мы, все трое, дожили до конца боя.
Именно в таком порядке.
После того, как конвой вышел из пространства Черенкова, военные заключили корабли гражданских в охранный периметр. Чем-то напоминает исторический фильм, виденный мной по голотиви. Там пастушья собака точно так же сгоняла овец в плотную отару, не давая им разбегаться и защищая от волков. У нас задачи примерно те же, только надо учесть, что чем ближе корабли друг к другу, тем стабильнее связь, тем быстрее расчеты объединенной компьютерной сети и, значит, выше наш шанс получить новую точку маршрута до того, как прибудут шаару. Их сканеры, или чем они там пользуются, наверняка зафиксировали прокол пространства. Мы все надеемся, что успеем уйти в прыжок до появления патрульных рейдеров, и все готовимся к бою.
Я по привычке вывожу было окно сканера и тут же его удаляю. Бессмысленно. Технологии ушастых превосходят наши, их системы маскировки почти всегда обманывают войсковые датчики. Ходят слухи, что умники из Академии Наук разработали какой-то новый комплекс обнаружения, но пока он не поступил во флот, единственным способом засечь появление врага являются способности коллег Игоря. Они же дают данные орудиям и пытаются, не всегда удачно, выставлять помехи против систем наведения чужаков. Не самая эффективная схема работы, но это лучше, чем ничего. Особенно сейчас, когда на наших плечах тяжелым грузом повисли тысячи беженцев. Драться в такой обстановке, чувствуя ответственность за их жизни, абсолютно не хочется. Может, обойдется? Экран мигнул, тревожно заморгали две алые точки.
Накаркал. Явились.
Виртуал сжимает время, позволяя человеческому мозгу на равных воспринимать чудовищное быстродействие машин. Поэтому излучатель начал наводиться на цель практически в то же мгновение, как пришло первое сообщение о выходящих из прыжка чужаках. Время сейчас шло буквально на вес золота. Стрелять надо как можно скорее, пока системы кораблей не стабилизировались, пока их компьютеры не успели переориентировать защитные щиты против изменившихся условий пространства. Иначе нам придется очень туго… Из всей эскадры вести на равных дуэль с легким крейсером шаару способен разве что новейший монитор «Маршал Рокоссовский», остальным придется рассчитывать на численное превосходство и удачу.
Я рассмотрел предложенные варианты курса цели, выбрал показавшийся самым подходящим и разрешил компу выстрелить в первый раз. Кажется, попал, но оценить результат не смог – вся энергия и вычислительные мощности отданы накопителям, идет подготовка ко второму выстрелу. Снова пришел пакет с информацией, капитан приказала перенести огонь на цель номер два. То ли первый корабль выведен из строя, то ли второй сочтен более опасным. Наша задача в этом бою – не уничтожить врагов, а потрепать и продержаться ровно столько, сколько требуется для расчета новой точки прыжка.
Мы успели выстрелить еще раз до того момента, как автоматика отключила виртуал и флот дружной толпой вывалился в подпространство. Обычные чувства возвращались медленно, мозг не сразу привыкал получать информацию от дарованных природой органов. Чтобы прийти в себя, я не стал сразу вылезать из кабины, а подключил корабельную сеть. Пока Наташка приводит организм в норму и ругает Андрея, снова без разрешения вколовшего лишнюю порцию стимулятора, посмотрю, чего бой стоил эскадре.
Цель номер один, легкий рейдер по нашей классификации, уничтожена. Ну еще бы – из шестидесяти способных вести огонь орудий по ней стреляли сорок девять. Цель номер два, тоже легкий рейдер, поражена и на момент прыжка считается утратившей восемьдесят процентов энергетической мощи. Неплохой результат. В другой ситуации обязательно добили бы, но сейчас в любой момент мы ожидали подхода еще как минимум одного патруля чужаков и задерживаться не могли. Вот странно: шаару всегда ходят либо двойками, либо пятерками. Их крупные соединения тоже кратны этим цифрам.
Мы потеряли «Снегурочку», гражданскую яхту неизвестных мне параметров, плюс несколько военных кораблей получили повреждения. Впрочем, что значит несколько – все шесть, участвовавшие в бою. Наш «Грозный» отделался повреждениями щита, как и остальные три эсминца, на «Рокоссовском» уничтожен легкий излучатель, «Ярославна» лишилась основного узла связи. Повезло нам, что подготовились, что успели выстрелить первыми и по сути отделались легким испугом. Щиты восстановят в течение пары часов, излучатель тоже подлежит ремонту, а узлов связи на крейсерах минимум три. Эскадра по-прежнему способна выполнять задачу.
До следующего выхода из прыжка остается двадцать три часа.

Дита, умудрявшаяся знать все обо всех, в лазарет заявилась первой. Когда я продавил изолирующее поле и вошел в комнату, она сидела возле койки и тихонечко ворковала в самое ухо Игорьку нечто трогательное. Пострадавший взглядом молил о помощи, при виде меня его лицо оживилось надеждой:
- Слава, что угодно, только пусть она от меня отстанет!
- Она все еще лелеет в отношении тебя псевдоматримониальные планы? – Мои губы сами собой разъехались в улыбке. – Ах ты, бедняжечка!
Игорь возмущенно засопел. Родители Диты при каждой встрече пытались познакомить ее с «приличным молодым человеком», доводя дочь до состояния неконтролируемого бешенства. Чтобы не рассориться окончательно, девушка придумала план, долженствовавший, по ее мнению, ослабить напор семьи. Она стала искать себе жениха. Жених должен был, во-первых, быть, во-вторых, не иметь очевидных недостатков, в-третьих, с гарантией не понравиться родне. Дита надеялась, что в таком случае любимые родственники сосредоточатся на добыче компромата на потенциального зятя и перестанут подсовывать ей новых и новых претендентов. А если не перестанут, то можно ведь и разругаться на время под предлогом «вы не уважаете мой выбор».
Игорь на роль подходил идеально. Симпатичный, обеспеченный офицер с хорошими перспективами на будущее, если не учитывать возможности погибнуть в ближайшем бою. Но в глазах представителей старшего поколения, да еще и жителей центральной сферы миров, все его достоинства напрочь убивались пороком владения псионикой. Отдать любимую доченьку мутанту – да ни за что! Лучше уж негр с полудикого Занзибара, чем внуки с генетическими отклонениями.
Именно на такую реакцию Дита и рассчитывала. К сожалению, подыграть подруге Игорь напрочь отказывался, не желая портить карму и оказаться замешанным в скандал. Девушка соглашалась, что среди ее многочисленной родни найдется пара слабопредсказуемых типов, однако от затеи не отступалась и продолжала теребить колдуна.
- Отстань от парня, озабоченная – приказал я, садясь с другой стороны. – Ему отдохнуть надо. Лучше сходи, проверь оборудование – третий контроллер чего-то барахлит.
Девушка бросила в мою сторону планшетку, но тем и ограничилась. Встала, демонстративно грациозно прошла к выходу, послала оттуда нежный поцелуй лишенному возможности сбежать мужчине и покинула комнату. Может быть, действительно пошла с железом возиться.
Игорь облегченно вздохнул.
- Что предлагала на этот раз?
- Годовой абонемент на кольцевые гонки Нового Монако и профиль паладина шестьдесят второго уровня в «Огне и Воде».
От удивления я невольно присвистнул. Насчет гонок ничего не скажу, цен не знаю, а профиль высокоуровневого персонажа в самой популярной сетевой игре стоит дорого. На уровне моей зарплаты за месяц или даже больше.
- Крепко ее достали.
- Паладина она в карты выиграла – сухо уведомил Игорь. – Не понимаю, чего она ко мне пристала? Бросила бы клич в сети, мол, меняю шестьдесят второй уровень на роль придурка на семейном празднике – к ней сразу толпа артистов набежит!
- Дело деликатное, постороннему не доверишь. – Эту тему мы уже обсуждали, мне Афродитины заскоки были неинтересны. Поэтому я спросил о другом: - Ты как здесь оказался?
- Перенапряжение. – Псион поймал ртом торчащую из стенки трубочку с белесой дрянью и отсосал чуток. – Помехи ставь, вас наводи, телепатов ушастых блокируй. Вот и не выдержал. Мы все, кроме дежурных, сейчас здесь отдыхаем.
Я вдруг подумал, что сложись судьба иначе, мог бы оказаться на его месте. Или просто в той же компании. У меня имелись пси-способности, слабенькие, но все-таки вполне достаточные для поступления в Академию. Но родители были против, а сам я в четырнадцать лет плохо понимал, зачем тратить десять лет жизни на изучение не пойми чего. Тогда круг моих интересов состоял из друзей, девушек, игр и моделей гражданских флаеров. Я четко знал, что стану инженером, буду разрабатывать новые машины, работать на одну из крупных корпораций… Не сложилось. На четвертом курсе политеха корабль, в котором летела вся моя семья, был уничтожен рейдером ушастых, и я пошел в армию.
- Подкинуть тебе информации для размышления? Без передачи.
- Ну, подкинь.
- До вчерашнего боя наши шансы выбраться составляли двадцать два процента – Игорь ухмыльнулся, уловив мое неверие. – Именно столько. Мы вышли без крупных повреждений, и теперь они скакнули до тридцати одного.
- Почему так мало?
- Шаару на пятнадцать тысяч лет раньше нас вышли в космос. То, что мы вообще можем им сопротивляться, просто чудо. Голое везение, помноженное на закупки технологий у иннани. – Игорь устало прикрыл глаза. – Ушастые во многом превосходят нас. Даже их телепаты и то сильнее.
- Но вы же справляетесь?
- Одни псионы войну не выиграют. Кроме того, наш диапазон воздействия больше, но умеем мы меньше. Нас мало, часто мы сидим на наркоте. Народ в Академию идет неохотно, потому что перспективы сомнительны, а ограничений по жизни полно и относятся к нам с подозрением. Вот и делай выводы.
С такой точки зрения на войну я не смотрел. Рядовой и старшинский состав вообще редко задумывался о глобальных проблемах – более приземленных дел хватало. Высказывание старшего помощника о качестве подготовки состава имеет куда большее значение на корабле, чем сотня статей с речами политиков или даже адмиральский приказ. Потому как несет намного более близкие и понятные последствия. О тактике и стратегии рассуждают офицеры в курилке. Низшим чинам хватает знания, что чужаки дальше пограничных миров не прорываются и хотя технологическое превосходство не на нашей стороне, бить врага можно. А там, глядишь, ученые что-нибудь придумают.
- Ладно, потом договорим. – Слова Игоря требовалось обкатать в голове, поэтому я сменил тему. – Тебя когда отсюда отпустят?
- Перед выходом из прыжка. Когда в реальный космос выходим, весь отдел на дежурство становится.

Не знаю, чем руководствовалось начальство, принимая решение выйти в такой близи от системы. Какими-нибудь высокими соображениями. Действовали по тому же сценарию, что и в прошлый раз – военные составили периметр, гражданские суда начали расчет нового прыжка. Штурман из рубки сообщил, что раньше здесь на одном из астероидов располагалась исследовательская станция, но теперь она уничтожена и вместо нее висит маяк шаару. Потом пришел нагоняй от командира и мы заткнулись.
Чужаки все-таки заявились, но бой не состоялся. Они вышли из прыжка слишком далеко. То ли побоялись гравитационного колодца местной звезды, то ли наши псионы обманули их системы сканирования. Как бы то ни было, эскадра успела переместиться до того, как оказалась в пределах досягаемости орудий противника. Пострелять не пришлось, даже маяк ушастых не тронули, хотя он был вообще не защищен. Экипаж бродил по кораблю в смешанных чувствах. То, что нам удалось убежать, всех радовало. С другой стороны, ходили упорные слухи, что шаару умеют считывать след с разрывов в пространстве и, значит, в точке выхода нас вполне может ждать целый флот. Правда это или нет, никто не знал.
Наверное, все-таки правда.
Прыжки обычно следуют с интервалом в сутки. На кораблях принята тройственная система исчисления времени: общемировой стандарт, согласованный с представителями иных рас, земное время и годовой цикл планеты приписки. Мы базировались на Переплуте, а у него период обращения вокруг звезды почти не отличается от земного. Так что конвой вынырнул из пространства Черенкова примерно через двадцать три часа с копейками. Нас действительно ждали.
Самое обидное, что этот прыжок был предпоследним. Следующий привел бы нас прямо к мощнейшей базе возле Маяка Айвазовского, служившей портом приписки второму секторальному флоту. Там мы плевать хотели бы на любых чужаков. Шаару однажды уже пытались налететь на Маяк, но так получили по зубам, что с тех пор даже окрестностей его избегают. Видимо, не судьба.
Ушастые прилетели одной стандартной звездой, то есть крейсер, легкий крейсер и три рейдера. Тем фактом, что нас больше, никто не обманывался. Завалить полную пятерку с нашими силами нереально, в лучшем случае, мы сумеем выиграть время для транспортов и, при диком везении, уничтожим хотя бы один корабль врага.
«Грозному» в качестве цели распределили рейдер за номером четыре. Единицу, судя по экрану, присвоили флагману чужаков, двойку – легкому крейсеру. Спустя секунду после выхода в реальное пространство исчез однотипный нашему эсминец «Горячий», на которого пришелся удар всей пятерки врага. Строй сломался. Шаару находились на слишком большой дистанции, и если мы не хотели оказаться в положении расстреливаемых издали мишеней, следовало подойти поближе, то есть оторваться от гражданских. Причем ракетное оружие, как раз и предназначенное для сражений на больших расстояниях, мы использовать не могли. Системы наведения ракет не улавливали кораблей чужаков.
Первый выстрел я сделал одновременно с гибелью «Гончего». Это такая традиция – называть эсминцы одной серии на одну букву. Нас, экипажи кораблей на букву «г», часто дразнили сами понимаете как, что не раз приводило к дракам в кабаках и оборачивалось серьезными дисциплинарными взысканиями. Стрелял издалека, по малость устаревшим данным, промазал или попал, до сих пор не знаю. Особых возможностей смотреть по сторонам в бою нет, но даже той смазанной картинки, что имелась на сканере, хватило, чтобы понять замысел адмирала. Он нами жертвовал. Корабли не сосредоточили огонь на одном из противников, а вели рассеянный огонь. Так больше шанс, что все ушастые получат повреждения и не станут пытаться атаковать транспорты. Второй залп я точно влепил в цель, потому что компьютер немедленно отметил изменение уровня энергии щитов и я даже в камере почуял скачок напряжения. Эсминец выпустил ракеты. Гарантий, что головки наведения сработают как надо, нет, однако идущее от подбитого рейдера излучение можно использовать в качестве ориентира. Вот капитан и решила рискнуть. В конце концов, чего снаряды экономить? До разбирательств с чинушами мы всяко не доживем.
Третий залп орудия совпал с попаданием в наш корабль. В камере слабо чувствуется, тряхнуло эсминец или нет, но, судя по датчикам, врезали нам здорово. Поступление энергии махом сократилось на двадцать процентов, наш энергетик матерился, забивая канал нецензурщиной, и лихорадочно переключал потоки с дополнительных систем на основную. Накопители орудия медленно заполнялись. Мы уже почти набрали нужную мощность, когда показатели сети снова заскакали – с рейдера прилетел еще один гостинец. И все-таки я не стал торопиться, дождался, пока показатели состояния готовности зажглись зеленым цветом, и только тогда отдал приказ открыть огонь. Практически вслепую, на голой интуиции.
То, что выстрелить в пятый раз мы не успеем, было очевидно. Сергей пытался зарядить излучатель, но энергия поступала настолько тонкой струйкой, что рассчитывать на успех не приходилось. Попробовать эвакуироваться? Шаару расстреливали спасательные капсулы, но на базу наверняка уже ушел сигнал о помощи и, возможно, сюда спешит дозорная эскадра. Успеет или нет, зависит от того, где она находилась в момент приема сигнала. Можно попытаться… Расчет заругался, услышав команду на экстренный выход, и если бы не командирский код, попытался бы продолжить свое бессмысленное занятие. Так и отдавали команды до последнего, пока вирт-камера меняла конфигурацию.
Боевой отсек никогда прежде не выглядел таким разгромленным. Медичка лежала на полу, хотя показывающие состояние огоньки на скафандре светились зеленым цветом. Должна встать. Я все еще находился в растянутом времени, поэтому движения Наташки казались мне невероятно медленными. Бронированные капсулы с нашими телами кое-где покрыты царапинами, по стене протянулась длинная узкая щель, в которую со свистом истекает кислород. Это мелочь, стена сейчас зарастет. Выживание корабля зависит от стабильности поступления энергии и от логики чужаков, сейчас решающих, то ли добить подранка, то ли перенести огонь на уцелевшего противника. Судя по имеющейся у меня информации, бой продолжается. «Рокоссовскому» удалось попасть в флагман шаару из главного калибра, и хотя сам монитор к этому времени утратил ценность в качестве боевой единицы, разозленный враг продолжал обстрел. «Ярославна» и «Мангуст», тоже потрепанные, вели перестрелку с легким крейсером, избавляя того от щитов. Выиграть им не суждено: оба корабля находились в полуразобранном состоянии и продолжали сражаться не иначе как волей Всевышнего. Оставшиеся корабли, входившие в состав наспех собранной эскадры, были эсминцами. Считая наш «Грозный», вроде бы собравшийся стрелять из носового излучателя, на три рейдера ушастых приходилось четыре соперника. Практически невредимый «Независимый», по которому еще никто не стрелял, потерявший маневренность «Гордый» и лишившийся щитов, но не утративший огневой мощи «Неотвратимый».
Буквально в следующую секунду положение изменилось. «Ярославна» взорвалась, подавая на всех каналах сигнал «омега» и разбрасывая капсулы со спасшимися членами команды. Последним ударом она сумела дотянуться до обидчика, попав ему в энергетическую установку и тем самым значительно снизив показатели. «Мангуст» получил шанс если не на победу, то на месть. «Рокоссовский» получил очередное попадание, лишившись последнего орудия и окончательно превратившись в кусок металла. Сеть утверждала, что от флагмана тоже отстреливаются спас-капсулы. «Гордый» принял на себя удар сразу двух рейдеров, третьего и четвертого номеров, но, несмотря на тяжелейшие повреждения, выходить из боя отказывался. Наверное, рассчитывал на ракеты, потому что стрелять чем-то иным не мог. У четвертого рейдера как раз слетели щиты, побитые еще нами, он вовсю излучал, так что вероятность утащить за собой на тот свет один из кораблей шаару стремительно возросла.
«Неотвратимый» взорвался. Пятый рейдер добил-таки его, влепив из всех орудий разом. Малым утешением нашим парням мог бы послужить тот факт, что последним выстрелом они тоже попали, и вроде бы даже пробили щит, но сильно этот успех расклад не менял. Теперь против трех рейдеров оставались один целый эсминец и два калеки, толку от которых мало.
Гражданские продолжали расчет. Команды покинуть борт пока что не поступало, техники упорно боролись за живучесть корабля, так что нам троим оставалось попытаться расслабиться и наблюдать за продолжением бойни. Выжить мы не рассчитывали, но надеялись увидеть, как конвой уйдет в прыжок. Ну не зря же умираем-то? Потом по сети пришел приказ подключиться к управлению малым бортовым излучателем и открыть огонь по номеру четвертому. Расчет излучателя погиб, удар гетеролазера проломил обшивку и дошел до укрытой в недрах корабля кабины, но само орудие уцелело и даже было готово к выстрелу. Мощность у него слабенькая, чужаков повредить из него почти невозможно, зато оно, в противоположность нашему, работает. И, возможно, от него даже будет какой-то эффект – по цели-то без щитов.
Следующим выстрелом в нас опять попали. Причем так, что вся компьютерная периферия отключилась и мы, трое артиллеристов, оказались заперты в своих камерах-саркофагах. Я даже не мог определить, жива наша медичка или нет. Связи нет, покинуть корабль невозможно, даже общаться с остальным расчетом не выходит. Датчики показывают, что они вроде бы живы, но можно ли датчикам в такой ситуации верить? Плюс ко всему камера отказывалась выпускать меня из вирта, так что время тянулось невообразимо долго. Нельзя объяснит, каково это – лежать неподвижным в запертом гробу, не знать, что происходит вокруг и ждать смерти. Страшно. Горячка боя отступила, автоматика отказывается вкалывать новую порцию возбуждающего коктейля, и поневоле ты начинаешь понимать, что, кажется, твое время пришло. А тебе всего двадцать шесть.
В такие минуты чего только не передумаешь.

Живы мы остались благодаря патрулю. Два легких крейсера и один эсминец уловили сигнал бедствия и ринулись на помощь избиваемой эскадре. Не самый умный поступок с их стороны, но нас он спас. К моменту их появления конвой успел завершить расчет и уйти в прыжок, из двенадцати вступивших в бой кораблей уцелели трое, причем все они находились не в самом лучшем состоянии, а шаару потеряли всего один рейдер и могли бы продолжать сражаться. Даже с учетом полученного подкрепления, враг все равно победил бы. Почему ушастые отступили, мы не знаем. Мы вообще ничего не понимаем в их поступках, их мышление слишком отличается от нашего. Почему они нападают в одних случаях или пролетают мимо, не тронув заведомо беззащитную жертву, в других? Зачем они начали войну? Где их планеты? Ксенопсихологи бессильно разводят руками.
Ремонтные роботы копошились в чреве корабля, растаскивая завалы. Использовать на тяжелых работах людей перестали давно, с тех пор, как «Мацусита кибертроникс» выпустила на рынок свою первую модель строительного комбайна с искусственным интеллектом. Так что теперь в опасных зонах сновали защищенные многорукие механизмы, в исключительных случаях обращавшиеся за помощью к операторам. Примерно так нас и отыскали. Первым делом проверили состояние, подключили к сети, сообщили последние новости. Порадовали сообщением что, кажется, мы выбрались из заварухи живыми, сообщили о смерти Наташки. Потери были очень велики. Из пятидесяти семи человек экипажа в живых осталось девятнадцать, в том числе погибли капитан и первый помощник. Сейчас командовал старший артиллерист лейтенант Зимин, пятый по старшинству в старой цепочке. Можно только гадать, спаслось бы больше человек, отдай покойная капитан приказ на эвакуацию или нет. Сейчас уже никто не скажет.
Нас вытащили из-под завалов и прямо в камерах отправили на госпитальное судно. К этому времени в систему прыгнула целая эскадра в составе трех мониторов, четырех крейсеров и двенадцати эсминцев, плюс корабли сопровождения. Там таких, как мы, наконец-то извлекали на свободу и после короткого лечения отправляли на опрос, а потом на отдых. Ну, отдых - это слишком громко сказано. Позволили пару дней поваляться на койке и посплетничать.
«Грозный» превратился в настолько избитую груду металла, что его решили не восстанавливать. Даже отбуксировать не смогли. Его имя будет присвоено другому кораблю. Сейчас их много закладывается, утверждена специальная программа строительства, под нее выделяются огромные средства и даже введен дополнительный налог. Дело в том, что одновременно с нападением на Туман ушастые атаковали еще несколько планет. Схватки с полными десятками или даже двадцатками шаару шли по всей протяженности зоны боестолкновений, флот потерял огромное число кораблей и, что куда существеннее, многих подготовленных специалистов. Ведь наштамповать десяток тех же эсминцев наша промышленность сможет, даром, что оборудование высокотехнологичное. Возможности есть, оружие даже чужакам продаем. Намного сложнее подготовить профессионалов, знающих, как этим оружием пользоваться.
За неделю активных боев погибло тридцать два монитора и сто шесть крейсеров всех типов, потери более легких кораблей продолжали подсчитывать. Репортеры кричали, что второй и четвертый секторальные флоты полностью уничтожены, у других стран-членов Альянса счет мясника шел не меньшими цифрами. На самом деле, конечно, ситуация не настолько плоха, насколько казалось со стороны. Мы отстояли основные базы, не позволили врагу прорваться к центральным мирам, планеты тоже отбились. Если не считать Тумана, конечно же, но и там шаару хорошо потрепали. И конвой мы провели. Зато теперь политики были вынуждены вытащить голову из песка или оттуда, где она у них традиционно находится, и всерьез начать переводить экономику на военные рельсы.
Что касается моих дел… Еще до возвращения на Маяк меня вызвал к себе Зимин и, после дежурных расспросов о здоровье и планах, сделал неожиданное предложение. То есть с моей точки зрения неожиданное. Оказывается, он уже обсуждал с капитаном этот вопрос и даже подготовил нужные бумаги – двадцать шестой век на дворе, а мы по инстанциям макулатуру шлем! – осталось только со мной переговорить.
- Скажите, старшина, как вы видите свое будущее?
- Простите, товарищ лейтенант. Не понимаю вопроса.
- Ну сами посудите – Зимин откинулся в кресле, немедленно подстроившееся под его изменившуюся позу. – Вы воюете уже четыре года. Старшиной стали два года назад, после переаттестации и продления контракта. Дальше-то что?
- Продолжу воевать – пожал я плечами. Вопрос, на мой взгляд, действительно глупый. – На время ведения военных действий контракты не расторгаются.
- Да, но в каком качестве? – хмыкнул лейтенант. – Короче. Я предлагаю вам, Ильин, поступить на ускоренные курсы офицеров. Полевой патент получите хоть сейчас, мне так даже удобнее, за месяц подготовитесь и сдадите экзамены. Если меня назначат капитаном нового «Грозного», как обещают, я просил бы в качестве старшего артиллериста вас. Знаете, почему?
- Мы давно работаем вместе.
- Не только. Я знаю, что вы разбираетесь во всех типах орудий, установленных на корабле. У вас стабильно лучший процент попаданий во флоте. Подчиненные вас тоже уважают. – Зимин пожал плечами. – Вы можете хорошо стрелять из пушки, а можете научить десятки людей хорошо стрелять из пушки. Во втором случае пользы человек приносит больше. Подумайте об этом, Ильин. Свободны.
Подумать есть о чем. Стать офицером я никогда не стремился. Откровенно говоря, вообще не думал о будущем – ни когда бросал университет ради поступления в армию, ни подписывая дополнение к контракту, ни вчера, ожидая освобождения из плена камеры. Привык считать, что будущего у меня нет.
У меня была очень хорошая семья, создавшая мне счастливое детство. Сильный отец, красивая и добрая мать, всегда готовый поддержать старший брат. Какая это невероятная редкость и великое богатство я понял еще в школе, глядя на родителей своих одноклассников. Их гибель, неожиданная и несправедливая, разрушила мой мир. В новом мире, склеенном из обломков, была только война. Все, что я хотел – возможности нажимать на курок.
Еще неделю назад, до Тумана, я принял бы предложение Зимина не раздумывая. Это было именно то, что требовалось. Эффективнее убивать ушастых. Что изменилось? Наверное, я изменился. Хватило двух вещей, и обе связаны с Игорем. Он ведь погиб, вместе с остальными псионами нашей эскадры. Нет, вру – один эспер выжил. В лазарете он лежал в отдельном боксе и ему непрерывно кололи снотворное, потому что когда он просыпался, то дико орал. Словно видел нечто ужасное. Афродита тоже жива, но когда я видел ее в последний раз… Похоже, демонстративная попытка жениться на Игоре с ее стороны была не просто забавной игрой.
У нее сейчас такое же выражение глаз, как у меня четыре года назад.
Мне не хотелось бы, чтобы она повторяла мои ошибки. Тем более, что ей есть, на кого опереться.

В существующей всепланетной сети, дальнем потомке легендарного Интернета, можно отыскать любую информацию. Современный мир вообще очень прозрачен, полностью скрыть какие-либо сведения невозможно. Поэтому секретность достигается за счет неверной интерпретации открытых фактов, замалчиванием, подчеркнутым игнорированием, размещением правды на сайтах с «подмоченной» репутацией или размыванием точных данных по разным источникам. Но кто ищет, тот найдет. При наличии желания, толики скептицизма и мало-мальского умения работать с сетью узнать нужную информацию можно.
Что я знал о псионах? Только общеизвестные факты, помноженные на обывательские домыслы и впечатления от просмотренных в детстве сериалов. Подробностями не интересовался. А сейчас вдруг понадобилось, залез в сеть и начал выяснять удивительные вещи.
Методики нетрадиционного взаимодействия с миром начали разрабатываться примерно в середине двадцатого века, в рамках так называемой «холодной войны». Был такой коротенький исторический период, Россия враждовала с одним из Британских протекторатов или как-то так. Тогда ни генетика, ни нейрофизиология не имели должного развития, нанотехнологии тоже только-только появлялись, поэтому успехов разработчики не добились. Зато заложили основу нескольких областей науки, позднее позволивших сделать рывок в космос. Спустя три века о псионике вспомнили в связи с открытиями профессора Роговцева в области изучения ноосферы, но к тому времени сформировалось прочное общественное мнение, направленное против мутаций организма. Причины общеизвестны – чума Ларсона, восстание Хатико, алкогольная эпидемия… К корректировке генома человечество с тех пор относится настороженно. Однако, после долгих дебатов, подкрепленных результатами испытаний, мнение сторонников псионики перевесило. Немалую роль в этом сыграли щедрые денежные пожертвования корпораций, нуждавшихся в аналитиках экстра-класса и почуявших возможность заполучить огромное конкурентное преимущество.
Тем не менее, в старых мирах псионов недолюбливали. Причем ограничения существовали и на бытовом, и на законодательном уровнях. Например, в некоторых странах официально допускалось существование ресторанов «только для не-генмодифицированных людей», запрещались смешанные браки, хотя наследственность процедура изменения не затрагивала. Заходить в казино или играть на бирже эсперы не могли нигде. В пограничье им жилось попроще. Во-первых, большинство псионов служили в армии или флоте, а на фронтире традиционно уважительное отношение к военным. Во-вторых, нравы здесь попроще, народ друг друга знает получше, бюрократии меньше. Сразу видно, кто чего стоит. И, в-третьих, сложно плохо относиться к тому, от кого зависит твоя жизнь и чьи предупреждения не раз ее спасали.
С началом столкновений с шаару статус псионов повысился. Их способности превратились из просто чрезвычайно удобного инструмента в стратегический ресурс, от которого зависело выживание человечества. Это отразилось в изменившейся риторике дикторов новостей и возрастании числа популярных передач, пропагандирующих образ экстрасенса-воителя. Но, если исходить из представленных на сайте Академии Псионики сведений, увеличения числа выпускников пока не заметно. Впрочем, стандартный курс обучения составляет десять лет, и последствия рекламной компании еще просто не успели сказаться.
Псионы предвидели будущее, хотя и не со стопроцентной точностью, и потому могли предсказать нападения ушастых. Они не обманывались маскировкой, выдавая данные для стрельбы операторам орудий. Их способности блокировали телепатов шаару, таким образом, укрывая наши собственные корабли. И, кроме того, колдунов было очень мало.
Думаю, если бы я знал все это раньше, то пришел в региональный филиал ПсиКорпуса уже давно.
- Вы знаете, молодой человек, люди вашего возраста и вашей биографии пытаются поступить в Академию редко. Не поделитесь, с чего такие резкие изменения на жизненном пути?
Принял меня целый полковник, правда, внешностью и манерами больше походивший на доброго дедушку. Не знаю, почему он захотел побеседовать с обычным старшиной – может, просто скучно стало. В действительности в Корпусе звания свои, нечто вроде «специалист-оракул первой категории» или «мастер-медик восьмой степени», но во флоте и армии их называют более привычно. Смотря куда псион приписан. На кораблях и, думаю, в наземных войсках положение у эсперов особое – вроде и в командной цепочке, а вроде нет. Капитан имеет право проигнорировать совет псиона, но в случае провала это будет считаться отягчающим обстоятельством и трибуналом зачтется. Ну, и так далее.
- Насколько мне известно, мои способности позволяют пройти изменение – пожал я плечами. – Псионов мало, псионы нужны Я решил попробовать.
- То есть вы решили, что можете принести пользу – переформулировал полкан. – Правильно я вас понимаю?
- Так точно.
Дедушка недовольно сморщился.
- Вы, Вячеслав Иванович, совершаете типичную ошибку. Вы считаете псионику наукой или, скажем, нестандартной профессией. Думаете, что придете в Академию, прослушаете определенное число курсов, получите практические навыки и, после ряда неприятных медицинских процедур, выйдите в большой мир. Так вот, это не так. Псионика, скорее, образ жизни. Мировоззрение. Из сотни студентов мы в первый год отчисляем девяносто, еще восемь уходят на следующих двух курсах. Не потому, что они не выдерживают физических или интеллектуальных нагрузок! Они уходят сами, потому что не способны принять новую жизнь вне привычных границ и условностей. Их учат иначе думать, иначе оценивать ситуацию, иначе строить отношения с людьми. Задания учителей многим кажутся бессмысленными или, еще хуже, бессмысленно-опасными.
Другое отличие в том, что обратного пути нет. Если имплантанты вытащить можно, они у нас простенькие, то ретро-вирусы меняют организм в одну сторону. Вернуть все, как было, невозможно. Точно так же нельзя убрать дополнительные связи в мозгу, они остаются навсегда. Вы уверены, что оно вам нужно?
- Война продлиться долго – пришел черед возражать мне. – Сомневаюсь, что меня отпустят в отставку. Да и нет у меня гражданской профессии.
- Не понимаете вы меня, молодой человек – вздохнул полковник. – Хорошо, попробуем иначе. Отставка вам действительно не грозит, но ведь и в армии можно добиться многого. В ближайшем будущем вы займете лейтенантскую должность, учитывая ваш послужной список, индекс интеллекта и полученное образование, вполне можете сделать неплохую карьеру. Будете воевать, не штаны в штабе просиживать. Корпус же распределяет выпускников без учета их мнения.
Этот момент я не учел. Но немного подумал и решил, что, с такой-то биографией, мою фамилию внесут во «флотский» список первым номером. Так и сказал.
- Рассуждаете вы, Вячеслав Иванович, правильно, только слегка однобоко. И совершенно не учитываете фактор времени. За десять лет может поменяться многое. Мы, конечно, отрабатываем новые методики обучения, экспериментируем – и все равно срок подготовки остается непомерно большим. Или вас прельщает гипотетическая возможность прожить втрое дольше обычных людей?
- Я сомневаюсь, что до сороковника доживу, товарищ полковник – честно признался я. – Но, думаю, работа всегда найдется.
Дедуля закатил глаза горе.
- Ну, дело ваше. Перевод мы организуем, а непосредственное начальство вы уж порадуйте сами. Вот заявка, заполняйте.
Я поставил электронную подпись, откозырял и направился к выходу. Уже у самых дверей меня нагнал голос полковника.
- Вячеслав Иванович! – Я обернулся. – Обучение сложное. Думаете, выдержите?
- Выдержу.
По крайней мере, сильно постараюсь.
На сегодняшний день именно псионы являются лучшими воинами, а я ничего не умею, кроме как воевать. Разучился. Другой жизни я просто не представляю. Мне нужна война. Смерть или отставка – исход равноценный. И если дедушка в мундире прав, если изменение затронет все стороны моей личности, а не просто даст новые способности, то, может, это не так уж и плохо?
Потому что недавно я понял, что мне хочется жить. И не только ради убийства.

Юнона и Авось

Судьба Юнону не баловала принципиально, но с момента переезда в Питер – особенно. Когда твое имя совпадает с названием крупнейшего в городе рынка техники, появление сонма в разной степени обидных кличек становится неотвратимой неизбежностью. Сначала девушка обижалась, спорила, потом поняла, что бесполезно.
Если ты живешь одна, на съемной квартире, вдали от родственников, а на учебу в универе уходит меньше половины активного времени, в действие автоматически вступает закон Петренко-Альцгеймера. Тот самый, гласящий: незанятый делом подросток является генератором энтропии неограниченного масштаба. У него появляются удивительные мысли, странные знакомства, чудесные порошки… В данный момент Юнона находилась на второй стадии и подумывала плавно перейти к третьей, в чем ей обещали посодействовать новые знакомые из числа поклонников Карлоса Кастанеды.
Впрочем, сейчас у девушки имелись другие планы. Худющий и очкастый одногруппник Саша Воробьев, предпочитавший откликаться на прозвище Некрос, по большому секрету дал ссылку на сайт демонологов. Парень предлагал заняться призывом, обузданием и последующим доением – образно выражаясь – Повелителя Зла вместе, но глазки при этом у него блестели так подозрительно, что девушка не отважилась приглашать его домой. Она, откровенно говоря, не слишком верила в результат ритуала, зато в Сашкиных гормонах сомнений не испытывала.
Демонологией она не слишком увлекалась, в отличие от древних сказаний, стихов, легенд о Мерлине, Нимуэ и фейри Летнего и Зимнего Дворов. Современное колдовство ее интересовало лишь постольку-поскольку. Поэтому к описанному в рецепте, в смысле, в древнем магическом трактате обряду приступила не в строго высчитанное время, а как левая пятка захотела. То есть в ближайшую пятницу вечером.
С некоторым сомнение девушка оглядела криво начерченную пентаграмму с коптящими по краям китайскими стеариновыми свечками и философски пожала плечами:
- Авось сойдет.
После чего, взяв в руки листок с текстом, принялась с выражением читать вслух.
- Hemen-Etan! Hemen-Etan! Hemen-Etan! El Ati Titeip Asia Hyn Ten Minosel Achadon Vay Vaa Eye Aaa Eie Exe A El El El A Hy! Hau! Hau! Hau! Hau! Va! Va! Va! Va! Chvajoth. Aie Saraye, aie Saraye, aie Saraye, aie Jaraye! Per Eloym, Archima, Rabur, Bathas Super Abrac ruent Supervenius Abcor Super Aberer Chavajoth! Chavajoth! Chavajoth! Impero tibi per clavem Solomonis et nomen magnum Gemhamphoras!
«Что за бред».
Она подняла голову и посмотрела за границы пентаграммы. Как и следовало ожидать, там ничего не изменилось. Вздохнув, девушка прочитала заклинание еще раз с тем же результатом.
- Ладно. Авось, в следующий раз сработает.
- Это вряд ли – в раздавшемся со стороны кухне голоса отчетливо слышалось чавканье. – Снаряд в одну воронку дважды не падает.
Юнона застыла, соображая, как поступить. С одной стороны, маститые колдуны и чернокнижники однозначно советовали до конца обряда из пентаграммы не выходить. С другой – какая-то сволочь! Жрет! На ее кухне! Ее еду!
Она торопливо перебрала пачку бумаги в руках, разыскала нужную страницу.
- О, дух нечистый! Именем Тетраграмматона заклинаю тебя подчиниться! Покорись моей воле…
- А пофему не на лафыни? – появившийся из кухни парень с аппетитом пожирал куриную ножку, не пожелав оторваться от нее даже ради знакомства с хозяйкой. – Фигасе! Ты что – демона вызывала по распечаткам с Интернета? Ну, ты даешь!
Не обращая внимания на якобы долженствовавшие сдерживать его меловые лини, он вошел внутрь пентаграммы и проворно выхватил у Юноны описание ритуала, начав быстро перелистывать его жирными пальцами. Девушка попятилась.
- Блин, это же европейская магическая традиция! – парень проворно подхватил начинающую колдунью под ручку и увлеченно сунул один из рисунков ей под нос. – Точнее, герметическая с сильным влиянием авраамитской составляющей. Ты представляешь, кого вызвать могла? Сделала бы все правильно, и лежала бы сейчас с откушенными ногами или сердечным приступом. Повезло тебе, дуре, что я услышал.
На «дуру» Юнона вскинулась, мгновенно озверев. Материальность незваного гостя доказывала его, образно выражаясь, не-духовную природу.
- Ты кто такой? Ты как в квартиру попал?
- Каком к низу. Услышал, что какая-то недоучка демона вызывает, и попробовал в плоть облечься – парень любовно погладил себя по пузу. – Надо ж пользоваться ситуацией. Лет сто в теле не ходил.
- Чего? – только и смогла выдавить девушка.
- Того! Просила, чтобы с рук сошло? Ну так вот – просьба выполнена! А уж каким образом, это завсегда я сам решаю.
- Ты кто такой?
- Все-таки люди в двадцатом веке окончательно оторвались от корней – посетовал наглец. – Авось я. Авось.
Юнона непонимающе хлопнула глазами. В ответ раздался тяжелый вздох.
- Совсем необразованная. Ну, дух случайной удачи и свободы выбора, если тебя так интересует точная формулировка.
- Ага – кивнула девушка. И бочком-бочком засеменила в сторону телефона. Парень наблюдал за ней с ехидной улыбкой.
- В милицию звонить не советую – у них сейчас как раз проверка пришла, они на вес звонки реагируют буйно. Приедут мальчики с автоматами, разнесут квартиру нафиг. Или сразу в психушку перезвонят. Некрос тебе тоже не поможет. Он, во-первых, не дурак, а во-вторых, пригласил Наташку Немченко в гости и собирается переходить к финальной стадии соблазнения. Ты уж не отвлекай пацана.
- Вот сволочь!
- Да ладно, дело житейское – отмахнулся Авось. – Тем более, что о предохранении они не подумали, на меня понадеялись. А зря… Слушай - если близняшки рождаются, материнский капитал ведь все равно полагается, так?
- Ты бредишь?
- Не, просто жизни радуюсь. Давно среди людей не ходил, и вдруг такая удача! Ты чего хотела-то?
Юнона в ступоре смотрела, как парень подошел к компьютеру и принялся активно кликать мышкой.
- Эй, проснись! Чего вызывала?
- Ты кто такой?!
- Спокойно, без истерик – Авось умиротворяющее поднял руки, показывая пустые ладони. – Ненавижу женщин успокаивать. Я же сказал. Авось. Бог. Очень древний, но не забытый. Могу многое. Готов отблагодарить.
Девушка вышла в коридор и пристально оглядела пол перед входной дверью. Грязи на коврике не заметила и разозлилась еще больше.
- Бог? – она так же быстро вернулась в комнату и остановилась, наткнувшись на понимающую улыбку парня. – Докажи.
- «Любишь - докажи» - пробормотал под нос Авось. – Быстро у нас отношения развиваются. Так чего ты хочешь-то, девица?
- Я есть хочу, а ты последний кусок курицы сожрал.
- Не вопрос – на столе зазвонил телефон. – Возьми трубку. Возьми-возьми, не укусит.
Юнона, немного поколебавшись, подошла к столику.
- Здравствуйте – послышался приятный женский голос. – Юнона Борисовна Небалуйко?
- Да, это я.
- Вас беспокоят из сети пиццерий «Папа Карло». Поздравляем! Вы стали победительницей акции, проводимой нашей сетью, и теперь в течение года будете иметь право в течение недели сделать один бесплатный заказ на сумму не более пятисот рублей.
- Эээ… Спасибо.
- Не за что. Вы желаете сделать заказ сейчас?
Авось активно закивал головой.
- Нет, спасибо.
В ответ голос в трубке пожелал удачи, продиктовал телефон для связи и отключился. Парень вздохнул.
- До чего ж недоверчивая.
- Это могла быть твоя сообщница.
- Ага-ага, дипломированная специалистка по скоростному расчленению трупов. Еще проверять будем?
- Будем – решительно ответила Юнона. – Если ты бог, то сделай так, чтобы вот прямо здесь, передо мной, появился… ну, скажем, чайник новый.
Авось погрозил ей пальцем.
- Не пойдет, милая. Я же не творец, и даже не колдун, чтобы морок насылать. У меня специализация. Могу удачи прибавить, могу отнять, могу к правильному решению подтолкнуть. Не более.
Девушка молча вытащила из кармана горсть мелочи.
- Орел, решка? – вежливо поинтересовался Авось.
- Орел.
После восьмой попытки, глядя на упорно выпадающие одной стороной монеты, Юнона смирилась с незавидной участью Девочки-которая-опять-влипла. Жутко хотелось выругаться, но ей хватило сил сдержаться. А вот чтобы не сесть на пол, охватив голову руками и начав тихо раскачиваться из стороны в сторону – нет.
- Ты чего ревешь-то, блаженная? – если древний славянский божок и испытывал к Юноне сочувствие, то внешне оно никак не отражалось. – Радоваться надо своей удаче.
- Ну я же не рассчитывала, что ты заявишься!
- Это нормально – успокоил ее Авось. – Так и должно быть.
Потом они сидели на кухне, пили чай – он с медом, она с валерьянкой – и обсуждали перспективы дальнейшей совместной жизни. Совместной, потому что никуда уходить божок не собирался. Он неплохо разбирался в реалиях современной жизни, обладал «неограниченными в разумных пределах финансовыми ресурсами» и хотел провести время в компании человека, осведомленного о его истинной сущности. Взамен обещал девушке помощь, опять-таки неограниченную в разумных пределах.
Понемногу Юнона отходила от шока. Агрессивности Авось не проявлял, за окном по-прежнему ездили машины, телевизор показывал, как ливийские повстанцы с европейскими лицами и военной выправкой ищут в пустыне одного старенького полковника. Многоголовая гидра женского любопытства вылезла из норы и набросилась на вкусную, деликатесную жертву.
- …не, никуда не уходили. Устроились по-разному, это да. Меня поминают часто, иногда даже жертвы приносят, так что не жалуюсь. Перун Ильей-Пророком прикидывается, Велес Святым Власием заделался, Мокошь с Параскевой Пятницей слилась. Кое-кто ослаб и сейчас прежних сил не имеет. Хотя при желании влияние косвенным путем получить – проще простого. Возьмем, к примеру, Кощея. Он вообще-то не наш, из Нави, но очень уж пример хороший. Тысячу лет крохами от колдунов пробавлялся да детским страхом от бабкиных сказок, а сейчас? Как запустил «Варкрафт» первый русскоязычный сервер, сразу гонору прибавилось. Король Мертвых, Король Мертвых, тьфу – откровенничал Авось.

Утром выяснилось, что у божка дела. По собственному признанию, количество духовной энергии в мире ограничено, а конкуренция растет, ибо глобализация и тотальное наступление западного образа жизни. Даже японцы, уж на что традиционалисты, и то понемногу утрачивают национальный менталитет и помаленьку начинают молиться Христу.
Иными словами, чтобы не помереть с голоду, трудиться надо активнее.
- Для начала расчистим поле деятельности – Авось уверенно поднимался по лестнице «хрущевки», попутно поясняя цель своего визита в не самую чистую парадную города. И, как отметила девушка, запах здесь тоже был не идеальным. – Устраним, так сказать, фактор случайности.
- Ты же сам и есть этот фактор – из-за зажатого носа голос Юноны звучал гнусаво.
- Вот именно. Поэтому вторженцев на свое поле деятельности не люблю.
Дверь в искомую квартиру спутники определили сразу. Во-первых, она стояла нараспашку, оставляя открытый проход, из которого доносились звуки чего-то падающего, искрящегося, капающего и тому подобного. Во-вторых, замок был вывернут с мясом и лежал в прихожей. В третьих, рядом на ступеньках сидел грустный хозяин с разбитой в кровь мордой и смотрел на потолок, точнее, на трещину, из которой сочилась тонкая струйка воды.
- Здравствуй, Ваня – Авось тоже посмотрел вверх, потом на дверь. – Предлагаю спуститься вниз и поговорить в спокойной обстановке.
- А вы кто? – на лице парня проступила подозрительность. – Чего-то я вас среди соседей не припомню.
- Это потому, что мы не твои соседи. Зато я могу объяснить, что с тобой происходит. То есть почему тебя с утра ограбили, дважды побили, что стало с твоим телевизором, электропроводкой, банковским счетом, из-за чего прорвались канализационные трубы и в чем причина плохого настроения уволившего тебя сегодня директора. Ну и до кучи посоветую, что с метеоритом делать.
-Каким метеоритом?
- Который сейчас упадет с неба, пробьет крышу, вдребезги разнесет раковину и, срикошетив, превратит в хлам твою стиральную машину. Три, два, один – в квартире что-то грохнуло. – Можешь проверить, мы пока на лавочке посидим.
Запыхавшаяся Юнона с возмущением посмотрела на спутника. Девушка она была ни разу не спортивная и подъем на пятый этаж ее утомил. Впрочем, на ее обиженное сопение божок внимания не обратил, спокойно спустившись вниз по лестнице и молча устроившись на слегка грязноватой лавчонке. Спустя минуту из подъезда выскочил взъерошенный Иван. При свете дня Юнона оглядела юношу и решила, что выглядит он в целом неплохо: не красавчик, но и не урод, мышцы в меру накачанные, осанка прямая, волосы густые, хотя и припорошенные цементной пылью. Ну, последнее объяснимо сегодняшними событиями.
- Откуда вы знаете? Это вы затеяли, да? – агрессивно подступил к Авосю парень.
- Делать мне больше нечего! – обиделся божок. – Я, наоборот, действую из альтруистических побуждений. Садись.
Немного помявшись, Иван уселся. Авось вытянул ноги, закинул руки за голову, потянулся и принялся вещать:
- Если ты, Ваня, думаешь, что твои проблемы закончились, то жестоко ошибаешься. Они только начинаются. Это рядом со мной ты в безопасности, но я ведь – существо занятое и скоро уйду. Вкратце, что с тобой произошло. Образно выражаясь, каждый человек имеет определенный запас удачи и неудачи, так называемые «долю» и «недолю». У большинства людей они уравновешены, но иногда какая-то преобладает. Причем соотношение созидательной и энтропийной энергий с течением времени меняется, напрямую завися от уверенности личности в себе, полученного опыта и ряда других факторов. То есть и доля, и недоля могут истекать из человека либо приобретаться им. Я понятно объясняю?
- Ты какие-то сказки рассказываешь.
- Доказательства потом – на скептицизм божок не отреагировал. – Применительно в твоем случае имеет место быть любопытный казус. Ты, Ваня, втягиваешь в себя энтропийную энергию со страшной силой. Словно пустой сосуд – собираешь и собираешь. Способность редкая, открывается у людишек не часто, существует недолго, зато дел натворить с ее помощью можно не мало. Ну что еще сказать… Для носителя не смертельно. Без переломов ты однозначно не обойдешься, но жизни твоей ничего не угрожает. Вопросы?
Вопросов было много, причем хронологически они делились на три четкие группы. «Че ты гонишь?», «Че за хрень?» и «Что делать?». То есть, как видим, к концу разговора и после убедительных демонстраций, подтверждавших слова оставшегося безымянным благодетеля, убедить Ивана в серьезности положения удалось. Хотя и не сказать, что это было просто. Парень сначала скатился до уровня громкой дворовой лексики и только спустя несколько десятков минут эволюционировал до существа разумного, способного трезво оценивать ситуацию. И, как показало будущее, действительно оценил ее трезво.
Только слегка нестандартно.
- То есть смерть мне не грозит?
- Нет. Я сейчас немного с тобой поработаю, прочищу, так сказать, чакры, и твоя способность…
- Погоди чистить – судя по напряженному лицу Вани, он старательно обдумывал какую-то мысль. – Еще раз. Если ты ничего не сделаешь, то у меня будут серьезные, но не смертельные проблемы, так? Которые спустя десяток дней пройдут сами по себе.
- Они-то пройдут, только за это время ты таких делов успеешь наворотить, что… - тут Авось смерил юношу губами, ненадолго призадумался, ведя в уме какие-то расчеты, и уверенно закончил – как минимум, весь Питер содрогнется, а круги по всему миру пойдут.
- Но жив я останусь и здоровье мое фатально не пострадает?
- Нет. Сосуд недоли почти всегда остается целым, она его бережет.
- Тогда – Иван встал, отряхнул футболку и с видом великомученика попросил. – Отправь меня в Нью-Йорк. Или Вашингтон, как получится.
У божка совершенно по-человечески отвисла челюсть.
- Зачем?
- Если судьба дала мне в руки шанс, то я обязан использовать его на благо Родины.
Юнона порадовалась, что сидит. Иначе бы упала точно.
Авось, однако, то ли был парнем крепким, то ли повидал всякого и за счет опыта сориентировался быстро. Он непонятно откуда извлек тонкую фляжку, быстро сделал из нее пару глотков, посидел, пережидая, пока лекарство подействует, после чего совершенно обыденным тоном заявил.
- В Америку послать не могу. Во-первых, там свои спецы есть, а во-вторых, им и так скоро серьезно достанется. А зачем нам пролив между Канадой и Мексикой? Не, пролив нам совсем не нужен. Может, на Лондон согласишься?
Парень молча закивал головой, не скрывая фанатичного блеска глаз. Авось глотнул еще раз, оглянулся на парадную, пожал плечами и встал с места, заодно потянув вверх ошарашенную спутницу.
- За квартиркой я пригляжу. Поехали.

Спустя примерно полчаса древний бог и молоденькая студентка глядели вслед отъезжавшему в аэропорт такси. Иван уехал, снабженный крупной суммой денег (нашли в бумажнике в кустах) поддельным загранпаспортом и визой (Авось куда-то сбегал на пять минут и вернулся с добычей), кроме того, парня приодели в спортивном магазине. Напоследок божок дал пару советов – поселиться в пригороде под названием Тоттенхэм и до пятого-шестого чисел августа из дома не вылезать. Дескать, остальное само собой случится, и торопить судьбу не стоит.
Юнона наконец-то перестала махать отправившемуся мстить за прошедшие девяностые витязю и смогла оглядеться вокруг. Справа, скрестив руки на груди, с видом Наполеона стоял Авось, слева рядом с ее ногами сидел крупный рыжий пес с двумя белыми пятнами на спине. Собака была без ошейника, но чистая и на дикую не походила.
Зверь поднял морду, оглядел девушку умными глазами, и высказался вслух:
- Непредсказуемый народ. Сколько здесь живу, никак не могу привыкнуть к их стилю мышления.
- На том стоим! – гордо ответил Авось. – Знакомься, Юнона – Семаргл, посланник богов и сердце огня. Бывший эмигрант, гастарбайтер из Ирана, однако прижился и стал своим. Пользуется авторитетом в обществе благодаря редкому чутью на неприятности и способности выйти из них без потерь не только самому, но и друзей вытащить.
- Здравствуйте – вежливо кивнула воспитанная девушка. Ей уже было все равно: бог, божок, собака говорящая…
- И тебе не хворать, милая. Чего от тебя хочет это чудовище?
- Попрошу без оскорблений! – обиделся Авось. – Я, наоборот, помощь предлагаю.
- Это-то и пугает – заметил пес. – Если он что от чистого сердца делает, мы всем пантеоном не всегда расхлебать можем. Так чего ему нужно?
- Ничего – слегка стеснительно ответила Юнона. – Действительно предлагал выполнить одно желание. Я ему, вроде как, услугу оказала.
- Имею я право отдариться!
- Угу.
Семаргл склонил морду на бок, приобретя вид умудренный и даже профессорский. Под его тоскливо-подозрительным взглядом Авось потоптался, заерзал на месте, сунул руки в карманы, засвистел…
- Вопрос не в моей компетенции – наконец определился посланник богов. – Выглядит предложение действительно справедливым, но исходя из предыдущего опыта… Твои каверзы поначалу всегда невинно выглядят. Короче, пойдешь со мной.
- Куда это?
- Куда надо. Ты, красна девица, ступай домой. Чем дело кончилось, мы тебя потом известим.
Ответить Юнона не успела. Боги в считанные мгновения растаяли в воздухе, не оставив никаких следов своего пребывания в материальном мире. Девушка осторожно присела, потрогала рукой асфальт на месте, на котором только что сидел рыжий пес, затем медленно встала и подошла поближе к уютной стеночке.
Что с ней только что было? Галлюцинации?
Нее, надо завязывать с чертовщиной.
И ведь доказательств нет. Если божки на самом деле были, то подтверждений своей реальности не оставили.
Или оставили?
Юнона отлипла от стенки и, с каждым шагом набираясь уверенности, отправилась к стоянке такси. Одно она знала точно – в память врезались несколько слов, которые могут послужить пусть косвенным, но доказательством ее нормальности.
Август. Англия. Тоттенхэм.

Если Навь призывает

Если Навь призывает, сопротивляться ей почти невозможно. И, при нашей работе, не нужно.
Едва почуяв первое прикосновение ледяных пальцев к затылку, я пошел искать мобильник. Чувство знакомое, кто хоть раз его испытал, больше ни с чем не спутает. Коротко переговорил, отдал команду, пошел одеваться. Одним словом, когда всерьез накатило, я был готов.
Навь забирает многое, но и дает щедрой рукой. Ровно столько, сколько ты можешь удержать. Постоянный соблазн – зачерпнуть больше, чем сумеешь вынести, стать едва ли не всемогущим и сгореть в считанные дни. Балансировать на грани удается единицам.
Я расслабился, впуская в себя чуждый холод, осознанно превращаясь в перчатку, надетую на руку жадной и жестокой силы, и сделал шаг вперед. Больше не потребовалось. Беглец злобно оскалился, выражая страх и нежелание уходить из полюбившейся ему оболочки, но предпринять какие-либо действия против посланника своей госпожи и матери не посмел. В отличие от человечка, стоявшего рядом. Смертный нес слабенький отпечаток светлой силы и я не глядя отмахнулся от него – не сейчас.
Навь взметнулась, призывая взбунтовавшуюся частицу. Она не любит, когда воплощенные ей духи действуют по собственной воле, особенно если те пытаются оборвать связь с матерью. Наказание бывает разным. Этот, мелкое ничтожество, умудрился найти проход из Пекла и выбраться в мир живых, причем скрывался довольно долго, осваиваясь, набираясь сил. Почти подчинил себе смертного. Что ж – он доказал свою изворотливость, такой раб может быть полезен. Дух жалобно застонал, но полез из тела, выполняя приказ. Спустя мгновение он исчез, вернулся на родной план бытия, дабы принять заслуженную кару.
А у меня возникли проблемы. Навь, как это часто бывает, попыталась воспользоваться удобной ситуацией и снова проверить своего адепта на прочность. В сознании возникали соблазнительные картины, нежный голос обещал власть, славу, ласки сверхъестественно прекрасных женщин Бездны… Напомнил о недавней стычке с каким-то пузатым мужиком на улице, клялся разыскать и отдать для пыток всех, кто хотя бы раз осмелился бросить косой взгляд в сторону будущего Князя Мира. Подавить и вытеснить шепоток на периферию удалось с огромным трудом. Но понемногу, волосок за волоском, привычным усилием, будто на тренировке… Справился, одним словом. Навь ушла, признав право слуги на самостоятельность мышления.
Теперь можно и оглядеться. Обычная квартира, кажется, двушка, обставлена в стиле «мы не нищие, а просто бедные». Чисто. На стене иконы, под иконами валяется без сознания христианский жрец в рясе. А, так вот кого я приложил. Рядом с ним плачут, закрываясь руками, две женщины – судя по разнице возрастов и принадлежности к одному роду, мать и дочь. Стол, пара стульев, возле стены стоит кровать с лежащим на ней без сознания мальчишкой лет тринадцати. Самое начало подросткового возраста, обычное явление. Примерно две трети случаев одержимости приходятся на период от тринадцати до восемнадцати, когда еще нет твердых моральных устоев, разум гибкий и поддается манипуляции, а энергетика расшатана бурным ростом организма. Этому пацану повезло – остался жив и, вроде бы, с целой психикой. Бывает иначе.
Прежде, чем наложить печать, я немного подлатал ауру впустившего. Лечить его всерьез станут в больнице при Центральном городском капище, мне же требовалось просто привезти парня к врачам живым. Точнее, дождаться прибытия тревожной группы, в составе которой наверняка есть нужный специалист. Помогать остальным людям в комнате я не собирался. Во-первых, не люблю идиотов, во-вторых, не моя стезя, в-третьих, священник пытался мешать и я был на него зол. Ну, не зол, но слегка раздражен. С самого детства в школе учат, по телевидению фильмы показывают, в книгах и газетах пишут, как себя вести и куда сообщать о признаках одержимости – и все равно находятся дебилы, поступающие по-своему. Например, пытающиеся изгнать «беса».
В прихожей щелкнул замок, люди в форме быстро и незаметно просочились по комнатам. Пара остановилась, направив оружие на по-прежнему рыдающих женщин и священника, еще один замер около меня, ожидая команды. Я закончил работать, проверил цепь и кивнул:
- Действуй.
Помощник немедленно принялся наматывать заговоренные веревочки на руки мальчика. Защита надежная, только, если через впустившего снова кто-нибудь попытается проникнуть в наш мир, очень уж недолгая. Впрочем, до прибытия в капище гарантированно продержится, а тамошние волхвы знают, что делать.
Главное выполнено, теперь и с остальным можно разобраться. Ну, с женщинами все просто – они видели навий облик, говорить с ними, пока не отойдут от шока, бессмысленно. Удивляет священник. Он, зараза такая, шевелится, хотя по всем правилам должен быть мертв. Любые странности в таких делах ведут к неприятностям. Поэтому я выцепил взглядом старшего группы и приказал.
- Баб – в больницу. На жреца одеть оковы, вколоть снотворное и в капище, в особую камеру.
Бойцы немедленно засуетились. Пока операция не закончена, слово ведуна – закон. Я прошел по квартире, ничего подозрительного не заметил и со спокойной душой отправился вниз. Сюда еще придут волхвы и осмотрят помещения более внимательно, проверят каждую вещь на предмет порчи или наложенного проклятия. Интуиция подсказывала, что ничего они не найдут, но процедура вырабатывалась столетиями и не мне ее менять. Предосторожности не бывают лишними.
У подъезда стояли машины тревожной группы и, на приличном расстоянии, дружная толпа зевак. При моем появлении заохали вездесущие бабки, а не менее вездесущие журналисты попытались прорваться сквозь оцепление. Оперативно работают, ничего не скажешь. Я подошел к своей машине, кивком поздоровался с двумя людьми, на которых собирался оставить собственноручно созданный бардак. Они, тоже не испытывая желания сближаться, также ответили кивками. Волхвам и меченым Навью взаимно неприятно присутствие друг друга, мы ориентированы на слишком разные силы и при встрече в лучшем случае стараемся разойтись. Если же общения не избежать, то ограничиваемся необходимым минимумом.
Лис волхвом был не очень опытным, боги с ним говорили от случая к случаю. В капище Семаргла его ценили за пронырливый ум и умение быстро разбираться с нежданными происшествиями. Да, тот самый «темный инквизитор», столь любимый разработчиками компьютерных игр на западе. Ну а рядом с ним стоял другой персонаж, больше привычный к прямому столкновению – Нелюб, длань Перуна. Ни много ни мало, высший посвященный одного из сильнейших светлых богов. Этот похожий на вставшего на дыбы медведя, с повязкой на глазах человек прибыл сюда исключительно ради меня. На тот случай, если Навь поглотила душу своего адепта и теперь надо остановить спятившего чернокнижника. Кстати, у него могло бы получиться.
- Думаю, мальчишка впустил нечистика самостоятельно. На духе не было следов призыва.
Лицо у Лиса слегка просветлело. Он, конечно, проверит мои слова, но меченые редко ошибаются в таких вопросах. Тем и ценны. Периодически раздаются голоса «истребить колдовское племя», однако даже самые упертые наши враги признают, что никто, кроме нас, с Навью эффективно работать не может. Волхвы Перуна или, скажем, Хорса способны уничтожать прорвавшихся в наш мир пекельных сущностей. Только вот пока они найдут злобную тварь, та столько всего натворить успеет… Опять же, одержимые. Нелюбу или Лису пришлось бы силой вытаскивать духа из занятой им оболочки, мне – достаточно приказать.
Воин Перуна встал и, ни слова не говоря, пошел к своей машине. Быстро он проверку закончил. Меня тоже здесь ничего не держало, так что я с чистой совестью сел в служебный «Днепр» и поехал домой. Отсыпаться.

Главная управа Всевеликого Круга города Брянска, удела Брянского, княжества Черниговского, земли Словенской встретила меня шепотками и суетой. О вчерашних событиях общество уже знало. Волхвы ничуть не менее обычных людей подвержены страсти сплетничания, поэтому переданный в вечернем выпуске новостей короткий сюжет их не удовлетворил, и они высасывали предположения из пальца. Надо думать, в инфосети сейчас ломаются копья на ту же тему. Народ жаждал информации, а спросить не у кого: Лис ответит так, что только запутает, парни из группы обеспечения рассказать могут не многое, меня спрашивать боялись.
Нас, меченых, стараются не замечать. Пока не припрет. К сожалению или к счастью, миньоны Нави регулярно приходят в мир живых, поэтому происшествия, подобные вчерашнему, случаются достаточно часто. Различаются они последствиями. Если действовать быстро, то нечистики не успевают навредить, если промедлить, то духи начинают привязывать к себе людей, строить собственную иерархию и без жертв дело не обходится. Многое зависит от того, чьим именем изгоняют незваных гостей.
Игнорируя косые взгляды, я прошел внутрь управы. Семаргловичи захапали себе второй этаж, причем умудрились настоять на перестройке едва ли не всего здания. Зато теперь ушлые хитрованы имели под боком личную больничку и маленькую тюрьму на две-три персоны, что позволяло вести следствие без лишних поездок. Для экспертиз приглашали служителей Хорса с седьмого этажа, при нужде обращались к волхвам-целителям Макоши с первого, бегали решать денежные вопросы на третий, к поклонникам Велеса. У меня в здании своего помещения нет, имеющим дело с Пеклом здесь долго находиться не стоит, поэтому обычно я все вопросы решаю в кабинете Лиса. У него места много, а мебели мало – два стола, три шкафа, четыре кресла да парный бюст князя Вадима-Новгородца и его побратима Буревоя-Огнедея, намертво привинченный к стене двадцатисантиметровыми болтами.
- Привет! – следак соизволил оторваться от экрана компьютера. – Ты вовремя. Сейчас родственников приведут.
Я кивнул и сел за свой стол. Ждать действительно пришлось недолго – минут через пять два дюжих типа, увешенных оберегами и со знаками Перуна на форме, ввели двух встрепанных женщин. Те самые, которых я видел в квартире, мать и бабка впустившего. Заметив одетую в черный балахон фигуру они предсказуемо вздрогнули и торопливо закрестились. Лис откашлялся.
- Садитесь. – Охранники слегка подтолкнули замешкавшихся женщин, усадили их в кресла и отошли к стеночке. – Немыря Аграфена Степановна и Волчьехвостова Ольга Михайловна? Меня зовут Орешковым Лисом Смеяновичем, из волхвов Семаргловых, это – Туров Мстислав Младович, меченый Навью. Вы знаете, в связи с чем произведено ваше задержание?
Старуха отреагировала неадекватно. Она, видимо, сопоставила одного из следователей и ужасного гостя, навестившего их квартиру во время обряда, или просто мозги переклинило. Как бы то ни было, она ткнула в мою сторону пальцем:
- Нечистый! Душа проклятая!
После чего закатила глаза и принялась громко молиться. Лис немного подождал, затем, видя нежелание задержанной идти на контакт, кивнул одному из охранников. Тот, по-видимому, ждал сигнала, потому что сразу отлепился от стены и, быстро подойдя к впавшей в экстаз старухе, слегка коснулся дряблой шеи. Голос замолк. Бабка продолжала раскачиваться в кресле, ее губы что-то шептали, но изо рта не доносилось ни звука.
Охранник вернулся на место.
- Думаю, Ольга Михайловна, будет лучше, если я ознакомлю вас с обвинением – непринужденно продолжил Лис, словно его и не прерывали. – Вы обвиняетесь в сокрытии признаков одержимости у вашего сына, Волчьехвостова Алексея Ивановича; недоношении об очевидной одержимости; в самовольной попытке проведения ритуала экзорцизма; в совершении действий, поставивших под угрозу жизни десяти и более лиц. Вину признаете?
- Я просила отца Серафима изгнать бесов из моего сына. Я мать, я имею право!
Мы с Лисом переглянулись, ощутив определенную общность в вечной схватке с глупостью.
- Про бесов и отца Серафима мы сейчас говорить не будем. Важно иное – своим поступком вы нарушили несколько статей закона, и нам предстоит определиться, как поступить дальше. Постольку, поскольку вы с сыном христиане, то имеете право на эмиграцию. Если отказываетесь, то мы действуем по стандартной процедуре. Суть разъяснить?
Законодательство в отношении христиан отличалось, на мой взгляд, неоправданной мягкостью. Оно разрешало, на усмотрение родственников, вывоз одержимых за пределы страны, таким образом позволяя избежать помещения в один из Скитов Духа. Чаще всего вывозили в Царьград и Рим. Насколько мне известно, христианские экзорцисты умудрялись очищать от чужеродного влияния до восьмидесяти процентов подопечных, что с учетом используемых ими методов являлось прекрасным результатом. Правда, у них рецидивы случались часто. Поэтому вынужденных эмигрантов второй раз в страны Славянского Союза не впускали, даже родственников не позволяли навещать.
- Человек, впустивший в себя духа, становится уязвим перед повторным вторжением. Вне зависимости от того, добровольно он стал одержим или нет. Поэтому, чтобы избежать рецидива и обезопасить бывшего одержимого, насельниками скитов проводится специальный комплекс мер. Помимо ряда заклинаний, направленных на укрепление ауры, он включает в себя курс обучения духовным практикам…
- Колдовство.
- То, что вы называете колдовством – невозмутимо поправил женщину Лис. – Срок обучения занимает от трех до пяти лет.
На мой взгляд, он зря распинается. О деятельности скитов и процессе одержимости духами известно достаточно много, причем источники информации разные. В качестве примера можно нпомнить, что все – абсолютно все – фильмы и сериалы, в которых фигурируют сущности тонких миров, проходят специальную проверку комиссией при Всевеликом Круге, и если обнаруживается расхождение с реальностью, фильмы просто не выходят на экран.
Думаю, Лис тоже не слишком рад повторять прописные истины. Говорить его заставляет требование закона.
- Одним словом, вам предстоит выбрать: или за границу с сыном, которого тамошние жрецы то ли исцелят, то ли нет. Или Алексея отправляют в Скит, а вас судят нашим судом. С учетом обстоятельств приговор будет умеренно строгим, но отделаться условным сроком даже не рассчитывайте. Ответ нужно дать в течение суток.
Старуха, до которой дошло, что ее никто не слышит, принялась активно размахивать руками. Вроде бы собралась плюнуть, но наткнулась на мой взгляд и передумала. Ее дочь сидела, сцепив руки в замок.
- У вас есть вопросы?
- Но отец Серафим говорил…
- Отец Серафим, – она вздрогнула, услышав мой голос – может говорить все, что угодно. Решение принимаем мы. Гражданское законодательство не действует в отношении преступлений, напрямую связанных с ведовством.
- Мы же ничего не сделали! Никого не убили!
- Поэтому вам и дан выбор. Уведите их.
После того, как женщин увели – вредная бабка напоследок демонстративно меня перекрестила – Лис принялся рыться в бумагах на столе.
- Как думаешь, она захочет остаться?
- Мне плевать – искренне ответил я. – Честно. В мою задачу не входит защита людей от них самих.
- Да мне просто обидно, что она своими руками ломает ребенку жизнь.
Он наконец нашел нужную папку и хлопнул ее передо мной. На последнюю его сентенцию я не ответил – дети отвечают за грехи родителей, да еще как – и принялся просматривать полученные распечатки. Интересные документы. Откуда взялись, хотелось бы знать?
- Из центра прислали – пояснил Лис в ответ на мой вопросительный взгляд. – Они, знаешь ли, следят за такими организациями.
Люди, слышащие духов, есть везде. А раз так, то и одержимые тоже есть везде. Примерно девяносто девять процентов случаев одержимости вызваны исключительно человеческим фактором – неудачами молодых волхвов, наложенным проклятьем, осознанной порчей и тому подобным. Так, чтобы дух сам пришел в наш мир и без сторонней помощи занял чье-то тело, происходит редко. У нас, в Союзе, светлыми духами занимаются в основном жрецы богов или кудесники, а беглецами из Нави – мы, меченые. В других странах иначе. У китайцев и индусов существует масса разноплановых школ и организаций, подчиненных правителям, в Африке просто бардак, из-за чего там регулярно объявляются довольно страшненькие существа, избавляются от которых с помощью гор трупов. Сложнее всего с авраамитскими религиями. Христиане считают демонами всех богов, кроме своего Иисуса, и относятся к волхованию с недоверием. В лучшем случае. Евреи тоже не доверяют кудесникам, зато их раввины прекрасно общаются со светлым пантеоном. Ислам уже тысячу лет не может определиться с позицией и колеблется от полного неприятия (Египет, Саудовская Аравия, Пакистан, страны Леванта) до хороших дружелюбных отношений (наши булгаре и Персия).
Из христиан самые упертые - католики. Православные, за века соседства, более-менее примирились со славянским язычеством и напрочь отвергают только силу Нави. Рим считает грехом любое волхование. Но ведь как-то бороться с расшалившимися духами надо? Поэтому в католической церкви еще в двенадцатом веке, после первых серьезных столкновений со славянскими жрецами, был создан орден Соломона, позднее распавшийся на несколько иных, с теми же задачами. В принципе, экзорцисты у латинян существовали и раньше, только было их меньше и они действовали по одиночке.
Значит, отец Стефан в какой-то мере мой коллега. Занимается тем, что по приказу Царьградского патриарха изгоняет демонов. Только в слово «демоны» мы вкладываем слишком разные понятия.
- Хочешь с ним пообщаться?
- Нам не о чем говорить. Что он здесь делает?
- Прибыл неделю назад в составе делегации Афинского епископата для участия в торжествах в честь обретения высокочтимой иконы Брянской Божьей Матери. Говорит, о беде прихожанки узнал из беседы с ее духовником и счел своим прямым долгом помочь сестре по вере – Лис иронично улыбнулся. – Ни подтвердить, ни опровергнуть его слова мы, сам понимаешь, не можем.
Раз не можем, будем исходить из худшего варианта. Уже неделю назад, даже больше, местный епископ знал об одержимости и затребовал помощь. Я припомнил оставшиеся после изгнания следы в ауре мальчишки и пришел к выводу, что дух мог сидеть в нем долго. Сил набирался, вылезал периодически, вот во время очередного «смотра на мир» его и заметили. Надо будет епископа наказать… Не мой уровень, это уже политика, поэтому сначала придется посоветоваться с главой нашего Круга Белояром. Для поддержания хороших отношений.
- Высокое начальство у себя?
Лис снова улыбнулся.
- Я записал тебя на двенадцать дня.

Как я и думал, вся семейка отправилась в Царьград. Не знаю, что с ними стало, но вряд ли что-то хорошее. Полностью удалять последствия контакта миньона Нави с человеческой душой никто, кроме нас, не умеет, поэтому у мальчишки два пути – либо жизнь под ежесекундным наблюдением в монастыре, либо смерть во время одного из периодических изгнаний. В то, что темные духи оставят его в покое, я не верил.
Отца Серафима немного помурыжили в камере и отправили домой. Формально священнику предъявить нечего, да и действовал он из лучших побуждений. Что там говорят о благих намерениях и о дороге в ад? Въезд в Союз отныне ему запрещен.
Окончательную точку в этой истории поставил Всевеликий Круг. Оказывается, в последнее время произошло несколько серьезных инцидентов с участием христиан, и наконец чаша терпения верховных волхвов переполнилась. С их подачи в Великую Думу был внесен законопроект, возвращающий тройное налогообложение христиан на землях Союза. Принять его вряд ли примут, как-никак, за двести лет многое изменилось и старые распри возрождать глупо, но нервы церковным иерархам потреплют. Новые храмы запретят строить, штрафы наложат, проповедовать запретят, еще что-нибудь придумают.
Ну а я… Я живу в своем доме, окруженном высоким забором. Читаю, переписываюсь с соратниками по сети, колдую, медленно продвигаясь по избранному пути. И каждый день жду.
Жду, когда ледяные пальцы снова прикоснутся к моим волосам.

Общественная нагрузка

Некромант сидел на земле в окружении трупов и с аппетитом жевал бутерброд. Огромное поле, заваленное телами павших воинов, не вызывало у него никаких отрицательных эмоций, скорее наоборот. По прикидкам почтенного Элтаринэля, сегодняшняя ночь принесет ему как минимум сотню первичных заготовок, в просторечии трупов, что позволит выполнить задание главы Дома и освободит самого некроманта от простой, но нудной обязанности. 
 Дроу вытер пальцы белоснежным кружевным платочком и с одобрением посмотрел на своего молодого помощника, заканчивавшего стаскивать тела в центр начерченной на траве пентаграммы. Ританир служил живым опровержением тезиса о хрупкости и слабости темных эльфов, без видимых усилий ворочая закованные в кольчуги тяжелые тела. Причем одновременно успевал осуществлять первичную сортировку заготовок, отбирая относительно неповрежденные трупы, с наименьшим количеством ран. 
 - Сотня набралась? 
 - Набралась, мастер - пропыхтел ученик. Кажется, принятый им эликсир силы заканчивал свое действие. - Можно и больше набрать, битва была кровавой. 
 Элтаринэль пожал плечами, брезгливым жестом пальцев давая понять ученику, что его не интересуют подробности. Какая разница, из-за чего разгорелась битва, между кем? Ну, не поделили два людских правителя плюгавый холмик на границе своих владений, сошлись в бою их войска, что с того? Они постоянно друг с другом дерутся, энергию выплескивают. Между прочим, дроу такую практику всецело одобряли и всячески поддерживали, справедливо полагая, что если однажды люди объединятся и соберут силы в единый кулак, Темному Лесу придется туго. 
 - Больше нам не нужно - некромант прикинул свои силы и пришел к однозначному выводу. - Я не великий, чтобы повелевать многотысячными армиями, тем более, нам до границы еще лиг сто идти. Кроме того, что с лишними трупами делать? Глава дома заключил контракт на полторы тысячи, в подвалах замка уже столько есть, излишки планируем продавать. Если покупателя найдем. 
 - Какой контракт, мастер? - от удивления Ританир остановился. 
 - Ты таскай, не отвлекайся, скоро здесь людские клирики появятся - подстегнул некромант. - Тупые святоши... Все очень просто. Генеральный штаб заключил с нашим Домом контракт на поставку первичных заготовок стражей границы, в просторечии зомби. Ты, вообще, в курсе, как охраняется Темный Лес? 
 - Признаться, мастер, я слабо интересовался этой темой... 
 - А зря! - обрубил учитель. - Практику тебе предстоит проходить именно в пограничной страже, имей это в виду! 
 Темный Лес всегда испытывал недостаток в живой силе, начиная со времен войн с орками. Что поделать, наша раса размножается медленно, особенно если сравнивать с людьми. Светлые сородичи нашли выход в создании древовидных големов, различных лесных стражей, дроу пошли по пути некромантии и призыва духов. Как показала практика, на данный момент наиболее простым и удобным в использовании средством охраны является СГМ, сиречь "страж границы модифицированный". В принципе, тот же зомби, только с наложенными заклинаниями "каменная кожа", "тихий шаг", "скорость" и дополнительным модулем интеллекта. Использовать обычных мертвяков перестали после того, как крестьяне из приграничных людских поселений стали выходить против них с одним топором и побеждать. 
 Мертвяки патрулируют границу, уничтожая нарушителей. Довольно успешно, надо сказать, не будучи магом или слаженной группой воинов, справиться с ними не просто. В том случае, если зомби все-таки оказывается уничтожен, поврежден или обездвижен, в дело вступают воины из Корпуса пограничной стражи. Если происходит чудо и нарушители остаются в живых, в дело вступают более серьезные силы, но такое случается редко. Так что, как видишь, мертвяки являются первой линией обороны и потому требуются в больших количествах. 
 Естественно, время от времени требуется замена изношенных мертвецов. Что поделать, время властно над всеми, и живыми, и мертвыми... Поэтому Генеральный Штаб время от времени поручает одному из Домов собрать нужное количество материала, чтобы поднять новых зомби. В этот раз повезло нашему Дому, глава сумел заполучить контракт. Между прочим, очень большая удача, список поставщиков не менялся уже три тысячи лет. Кстати сказать, ты поглядывай по сторонам, конкуренты могут попробовать перехватить товар, тем более, что мы сейчас на чужой территории. Если не ошибаюсь, на этих землях традиционно собирает трупы Дом железного Посоха... 
 Все собрал? 
 - Да, мастер. Ровно сотня, тела целые. 
 - Смотри, проверять станут сначала глава, потом специальная комиссия от армейских некромантов. Не то, что руки, пальцы должны быть целыми! 
 - Не беспокойтесь, я внимательно осмотрел все будущие заготовки на предмет наличия отдельных членов - обиделся Ританир. 
 - В таком случае, начнем. Если появится кто-либо посторонний, не позволь ему мне помешать. Ритуал требует сосредоточения. 
 Ученик вытащил меч, приготовил какое-то заклинание и стал ждать, цепко поглядывая по сторонам. Некромант же еще раз проверил пентаграмму, поправил несколько сбившихся линий, встал на границе, глубоко вонзив в землю посох. Затем, несколько раз глубоко вздохнул, он начал ритуал. 
 Сначала ничего не происходило, только вокруг фигуры Элтаринэля понемногу разгоралась тускло-зеленая аура. Затем на грани слышимости раздался тягостный вой, злобный и тоскливый, от которого у стоявшего в отдалении ученика противно заныли зубы. Звуки становились громче, к вою присоединился еле слышимый шепот на грани сознания, привычно обещавший что-то вроде сладких мук и кровавой власти. Наконец, взвыв напоследок, духи мертвых замолчали, вместо них зашевелились сваленные в кучу тела. "Надо было их рядами положить", грустно подумал Ританир, наблюдая за неловко подергивающимся сплетением рук и ног. "Теперь придется распутывать". 
 Обошлось, зомби сумели самостоятельно встать и построиться в одну длинную колонну. Некромант, с по-прежнему пылающим зеленым светом глазами, прошелся вдоль строя, оглядывая добычу. Отбраковал два трупа каких-то крестьян, которые немедленно свалились на землю, пояснил ученику: 
 - Маленькие, по пути испортятся. К тому же, ничего ценного на них нет, нет смысла тащить домой. 
 - А нам за них что-нибудь дадут, или мы работаем во славу Дома? - внезапно заинтересовался ученик. 
 - Все имущество мертвецов забирает себе поднявший, Дом получает только тела - объяснил учитель. - Кольчуги, оружие гномам продадим, качество у них дрянное, но все-таки тоже денежка. Ладно, нам пора. Если пойдем складками реальности, как раз к утру успеем. 
 Переваливаясь, оставляя клоки одежды, сталкиваясь и спотыкаясь, сотня зомби двинулась вслед за некромантом.

Такие разные герои 

 Такого соседи никак не ожидали. На лужайке перед домом уважаемой семьи Торвальдов, лет пять назад приехавших откуда-то из Швеции, паслись две белые лошади! Их хозяйки, высокие, рослые девицы, неуловимо смахивавшие на Хельгу Торвальд, находились внутри. Всадницы полчаса назад вынырнули откуда-то из-за угла, прогарцевали перед ошарашенными добропорядочными американскими гражданами и уверенно остановились у низенького белого штакетника, возле которого уже стояла Хельга. Хозяйка дома что-то приветственно сказала на тарабарском языке, судя по жестам, пригласила войти в здание. Гостьи завели лошадей на лужайку, привязали их к перилам веранды на длинную веревку, сами же прошли в дом. 
 Соседки попытались под благовидными предлогами рассмотреть новоприбывших поближе, но Хельга дальше крыльца никого не пустила. Оставалось ждать и строить предположения. 
 - Бросай ты его - от души посоветовала Брунгильда. - На кой он тебе сдался? Маленький, плюгавенький, в толстенных очках. 
 - Лысеть начал - улыбнулась Хельга. - Головой мне в плечо упирается. 
 - Во-во. Что отец скажет, когда увидит? 
 - Не знаю. Рано его с отцом знакомить, время еще не пришло. 
 - И не знакомь - обрадовалась Бруня. - Лучше другого найди. Дрив, скажи. 
 Сигрдрива, увлекшаяся чаем с шоколадками, открыла зажмуренные от удовольствия глаза. 
 - Пусть сама решает. 
 - Чего!? 
 - Спасибо, Дрива. 
 - Не за что - мило улыбнулась сестра. - Ты еще молодая, имеешь право на ошибку. 
 - Ага, и будет с ней, как с тобой! - путано высказалась Брунгильда. 
 - Ни о чем не жалею - скулы Сигрдривы отвердели. - Пусть отец злился, меня наказал, ожоги эти лечить пришлось - все равно по-моему вышло, отняла мужчину у разлучницы. Соединились, вместе навек! Кто ж знал, что он таким козлом окажется. И все равно не жалею. 
 - Мой не такой - тихо сказала Хельга. 
 - Ты имеешь в виду, что не возражает против твоего участия в турнирах? - все три женщины синхронно оглядели внушительную коллекцию кубков и наград, выставленную на полке. - Не распускает руки, не требует, чтобы ты сидела дома и только и делала, что за детьми присматривала, пока он с дружками напивается? 
 - Он меня любит. 
 - Я тоже думала, что мой меня любит - усмехнулась Сигрдрива. - Кто ж знал, что мы под словом "любовь" совсем разные вещи понимали. 
 - Правильно, одной лучше - вставила веское слово Бруня. - Мужика окрутила, отцу показала, он убедился, что все в порядке, порадовался - и вперед, ищи другого. 
 На нее посмотрели как на ребенка, сморозившего глупость на приеме у епископа. Переглянулись, понимающе улыбнулись и ничего не сказали. 
 - Что? Что вы так смотрите? 
 - Не обращай внимания, тебе показалось. Мартин сейчас вернется, останетесь? 
 - Не, я лучше домой - протянула Бруня. - Посмотрю, как там дела. 
 - Я в Сочи еду. На Кавказе работа найдется, там всегда жарко. Извини, Хельга. 
 - Не извиняйся, я все понимаю - примиряющее улыбнулась хозяйка дома. 
 Минут через двадцать в гараж заехала машина, худощавый мужчина, больше всего напоминающий среднестатистического клерка, торопливо прошел в кабинет. Усевшись за компьютером, он крикнул жене: 
 - Хельга! 
 - Что? 
 - Бросай все, мы едем в Хельсинки. 
 Хельга, ничем не выдав своего удивления, вошла в комнату с маленьким подносом в руках: 
 - Пока не поешь, никуда не поедем. Что делаешь? 
 - Так, кое-какую почту отправляю. Через час мы должны быть в аэропорту. Извини, милая, форс-мажорная ситуация. 
 - Как в прошлый раз? 
 - Угу. И в позапрошлый. Собирайся. 
 - Все уже собрано - вздохнула жена. - Твой чемодан в шкафу, инструкции в банк я отправила. Я пойду переоденусь, посуду можешь не мыть. 
 - Ну у тебя и чутье - в изумлении покачал головой Мартин. - Все как в прошлый раз. 
 - И в позапрошлый. 
 Муж расслабился только в самолете, по его прикидкам, они успевали. Из Нью-Йорка до Хельсинки, оттуда на машине в Санкт-Петербург, на границе встретят коллеги. Можно не волноваться, впереди минимум полугодичный отпуск, который они проведут где-нибудь на тихой-тихой даче. Надоели ему шумные города, лучше уж подмосковный санаторий. Еще можно в Швецию съездить, через пару месяцев, когда шум утихнет. Давно надо Олиных родственников навестить, нехорошо получается - десять лет женаты, а знаком с одним только братом. Хермод, кстати сказать, парень со странностями, одна его прическа чего стоит, но неплохой, компанейский. Любого уболтает. Только смотрел как-то странно. Жена потом обмолвилась, Мартин здорово похож на какого-то их родича, тот пожизненное получил и в тюрьме сидит. 
 - Мне показалось, или у нас перед домом лошадиные копыта потоптались? 
 - Недалеко открылась конно-спортивная школа, они заезжали, приглашали покататься. 
 - Хорошее, наверное, дело - задумчиво пробормотал Мартин. - Надо будет попробовать. 
 - Попробуй - иронично кивнула жена. - В жизни пригодится, по крайней мере, перед моим стариком не опозоришься. 
 - Я как раз думал, надо бы его навестить. Отчет сдам, познакомишь с родными? 
 - Боюсь, после знакомства с моими родственниками, особенно отцом, твой образ жизни кардинально изменится. 
 - Ты хочешь сказать, мне придется выйти в отставку? 
 - Что-то вроде того. Не сомневайся, Отец всегда добивается того, чего хочет. Имей в виду, муж его дочери должен быть настоящим героем! 
 - Героя мне не дадут - печально вздохнул мужчина. - Не заслужил. В лучшем случае "За заслуги перед Отечеством" нацепят. 
 - Значит, придется подождать. 
 Валькирия улыбнулась. Ее избранник, пусть не умеет махать мечом, да и выглядит не слишком сильным, тоже кое-чего стоит. Недаром Хермод не возражал. 
 Герои, они разные бывают.

Вопрос приоритета

-- Твое будущее -- быть рядом со мной, -- слова прозвучали уверенно, словно божественное откровение. -- Оби-Ван это знал. 
-- Нет! -- яростно крикнул Люк, сопротивляясь нахлынувшей чужой уверенности. 
-- Оби-Ван многого не сказал тебе, -- проигнорировал крик ситх. -- Идем. 
Люк помотал головой. Не слушай... Бен предупреждал, что Вейдер постарается обмануть, сбить с толку, заманить в ловушку темной стороны... Но сила подсказывала: Вейдер не лжет. И это было самое страшное. Люк отползал от приближающегося ситха, пока не уперся лопатками в стену. 
-- Я лучше покончу с собой. 
Дарт Вейдер коротко качнул головой. 
-- В этом нет необходимости. 
Алый клинок стремительно метнулся к лицу Люка, тот потерял равновесие и ухнул во внезапно открывшуюся шахту карбо-нитовой камеры. 
- Слишком просто, -- разочарованно отметил Дарт Вейдер, отворачиваясь и деактивируя меч. -- Может быть, Император несколько переоценил тебя, мальчик. 
Карбонит потек в камеру. Вейдер ждал. Матрица мира слегка исказилась: мальчишка спасался бегством. 
-- Время покажет! 
Чтобы доставить пареньку удовольствие, Вейдер не сразу развернулся в том направлении, куда стремилась укрыться жертва. Потом поднял маску к потолку, где за шланги цеплялся Скаиуокер. Прикинул расстояние. Для новичка - неплохо. 
-- Впечатляюще, -- одобрил он. -- Почти впечатляюще. Хорошо прыгаешь. 
Люк спланировал вниз, на платформу, по другую сторону ямы. Протянул ладонь, и его меч послушно прыгнул к нему. Ситх широко улыбнулся под металлической маской, почувствовав, как от непривычного движения свело губы. 
-- Оби-Ван хорошо учил тебя, -- сказал Дарт Вейдер, активируя собственный меч. -- Страх контролировать ты умеешь. 
Мальчишка кивнул, облизав пересохшие губы. Пора продолжить урок. 
-- Дай волю гневу, -- предложил ситх. -- Я уничтожил твою семью. Всех, кто дорог тебе. Отомсти. 
Борьбу, происходившую в мыслях мальчишки, можно было не только почувствовать -- просто увидеть. На веснушчатом круглом лице все было написано: и внезапно вспыхнувшее желание, и воспоминание о том, как опасно злиться в бою, и решительное утверждение в собственной правоте... Мальчишка рванулся вперед. 
-- Только ненависть позволит тебе уничтожить меня, -- Вейдер одним словом поколебал установившееся было равновесие в мыслях мальчишки. -- Используй ее. 
-- Ни за что! -- выдохнул тот. -- Я не стану рабом темной стороны... 
Вейдер чуть было не расхохотался. Какая экспрессия. Великолепно. Ситх медленно отступал к краю карбонитовой камеры. Мальчишка был так предсказуем... Сейчас он ударит сбоку, и очень сильно, надеясь уронить противника в расплавленный карбонит. Как же однообразно... 
Спустя пять минут Люк скорчился на металлическом полу, прижимая к груби обрубок правой руки. 
-- Сбежать едва ли получится, -- Повелитель Тьмы, возвышался над Люком, как ангел смерти. -- Не заставляй меня причинять тебе боль. Ты пока не понимаешь, насколько много ты значишь для всех нас... Ты только попробовал на вкус Силу. Пойдем со мной, Люк Скайуокер. Вместе мы сможем положить конец никому не нужному конфликту и принести порядок в Галактику... 
Привычные фразы не срабатывали, но ситх продолжал увещевать, предлагать надежду, уламывать. 
-- Если бы ты только знал власть темной стороны... 
-- Я никогда не пойду с тобой! -- Люк попытался криком заглушить мягко рокочущий голос. 
-- Оби-Ван не рассказывал, что случилось с твоим отцом? -- вдруг спросил Вейдер. 
-- Он рассказал достаточно! -- хрипло крикнул Люк, отползая дальше по балке. -- Он сказал, что ты убил его... 
-- Нет, -- качнулся из стороны в сторону уродливый черный шлем. -- Люк... Я -- твой отец. 
Наверное, в это мгновение Вейдер мог его убить, взять голыми руками, с ним вообще можно было делать все, что угодно. Люк ошеломленно смотрел на черную фигуру перед собой, пытаясь отвернуться, закрыться, но стены, выстроенные из потоков Силы, опадали, словно сухая шелуха. Отец. 
-- Нет! Нет, это не правда. Так не может быть... 
-- Не доверяй глазам, -- посоветовал Вейдер. -- Прислушайся к своему сердцу. Самого главного глазами не увидишь. 
Он убрал меч и протянул сильную крепкую руку, чтобы помочь юноше подняться. Люк отшатнулся. 
-- Нет! -- крикнул он. -- Нет! Нет! Нет! Кошмар никак не кончался. Можно было закрыть глаза, зажать уши, но и по ту сторону мира линии складывались в четкий однозначный рисунок. 
-- Ты можешь уничтожить Императора - снова раздался над головой рокочущий голос. - Он предвидел это, и такова твоя судьба. Пойдем со мной, и мы вместе будем править Галактикой. Как отец и сын. Пойдем со мной. Это -- единственный путь. 
Нет, решил Люк. Всегда есть еще один выход. Должен быть... Он оглянулся -- где-то далеко под ногами дно шахты тонуло в розовой дымке. Люк отпустил руку и... 
- Люк. Пойдем со мной, и я позволю тебе порулить "Экзекутором".

- Как ты мог! - кричала Лея, напрасно пытаясь вырваться из крепких рук штурмовиков. - Как ты мог, подонок, предать Восстание! 
Люк Скайуокер со смущенным видом потупился и даже сделал робкую попытку спрятаться за стоящую рядом массивную фигуру отца. Однако остатки совести заставили его ответить на обвинение. 
- Извини, Лея. Ты, конечно, права: Восстание, судьба Галактики, война за Свободу... Но в жизни есть и высшие ценности!

Давайте поспорим! 

 В последнее время передача "Давайте поспорим" пользовалась неожиданно большой популярностью. Вина за неожиданный взлет лежала на ведущем, способном найти неожиданных собеседников, способных увлеченно спорить на интересные широкой аудитории темы. Иван Костянин мог свести за одним столом генерала милиции и вора в законе, бывшего чеченского боевика и офицера российского спецназа, наследного президента Зимбабве и главу Церкви Священной Белой Расы. Как ему удавалось находить сюжеты, одинаково привлекательные для всех слоев публики - от домохозяек до интеллектуалов, оставалось загадкой. Не меньшей, чем ответ на вопрос: почему программу еще не закрыли? Вопросы в ней обсуждались острые, злободневные. Иные ведущие лишались эфира за десятую часть тех высказываний, что звучали в широкой квадратной студии-ринге. По-видимому, была у Костянина серьезная поддержка в верхах. 
 На сей раз говорили о церкви. О месте общественной организации "Российская Православная Церковь" в современном обществе, если быть точным. Как ни странно, священников не пригласили, противоположные точки зрения отстаивали "авторитетный бизнесмен" Владимир Скотин и сотрудник МИДа Павел Дмитриевич Молнин. 
 - Уважаемые телезрители и гости нашей студии - Костянин, молодой человек располагающей наружности, чей худой и бледный вид с лихвой окупался сияющей энергичной улыбкой, представил публике участников. Переждав обязательные аплодисменты, он коротко описал существующее положение дел. - На сегодняшний день в лоно Русской Православной Церкви входят около ста пятидесяти миллионов верующих. Основная часть епархий расположена на территории России - шестьдесят пять, тридцать пять на Украине, также имеются епархии в Европе, Азии, есть отдельные приходы в США и Канаде. Вдумайтесь: сто пятьдесят миллионов человек! Сегодня мы не станем говорить о православии как образе жизни и мировосприятии, сегодня речь пойдет о крупнейшей организации СНГ. Церковь занимается, помимо обязательной миссионерской деятельности, издательством литературы и просветительством, активно помогает больницам и детским домам, люди в монашеских рясах служат в армии и правоохранительных органах, занимаются строительством и торговлей. Священный Синод имеет своих официальных представителей при правительствах других стран. В последнее время, как вы знаете, во многих школах введены уроки "Закона Божьего". Оправдано ли столь масштабное вмешательство в дела государства? Владимир, ваше слово. 
 - А что тут скажешь? - амбал в дорогом костюме, с чисто выбритым подбородком и массивной золотой "гайкой" на пальце пожал плечами. Казалось, ткань дорогого костюма чуть треснула от движения крепких мышц. Из образа братка выбивались только длинные, до плеч, густые черные волосы. - Церковь и есть государство. Так всегда было, вспомните историю. Вполне естественно, что оно стремится любым способом увеличить число своих подданных. Это нормальное явление. Отсюда и смычка с военными, всегда стоит иметь за спиной реальную силу. Ну, парням в погонах тоже спокойнее - когда рискуешь жизнью, приятнее знать, что отпоют тебя по обряду, помянут, как положено, а не просто в печку сунут и урну родным на руки отдадут. 
 - Павел Дмитриевич? - чертиком развернулся ведущий. 
 - Я, в принципе, согласен с уважаемым оппонентом... - услышав слово "оппонент", Скотин насупился, что в его исполнении выглядело грозно. Впрочем, мидовец не впечатлился. Высокий блондин с короткой пшеничной бородой и пронзительно-голубыми глазами тоже на физическую стать не жаловался. Рядом с сегодняшними гостями чахлый ведущий смотрелся просто карикатурно. - Хотя не уверен, стоит ли преподавать "закон Божий" в общеобразовательных школах. Все-таки страна у нас многонациональная, религию лучше отделять от государства. 
 - Да религия никогда не была отделена от государства - сразу возразил Скотин. - Вспомните, за что болтуна вашего, Сократа, казнили? За поклонение новым богам. С древнейших времен жрецы с князьями рука об руку ходят. 
 - На Руси так было не всегда. 
 - Это вы имеете в виду Владимира Святославича? Когда князь идол Перуна велел цепями бить, а потом в Днепр кинуть? - широко улыбнулся бизнесмен. - Так он страну объединял, и ему была нужна нормальная единая религия. 
 - Согласен. Но в наше время внешние признаки веры не так важны, как во времена Владимира. Куда большее значение имеет ощущение принадлежности к одному этносу. К примеру, татары и арабы - мусульмане, однако у первых намного больше общего с русскими, чем с единоверцами. Все-таки единая история, схожий менталитет. - Светловолосый поморщился. - Попытки же навязать свою веру приведут к вспышкам терроризма. Нет, я не против миссионерской деятельности, но если сейчас попробовать крестить Кавказ... У России и так проблем хватает. 
 - Давайте вернемся к РПЦ - призвал Костянин. - Так вы против религиозного воспитания школьников? 
 - Против. Оно кажется мне излишним. 
 - Не согласен - пробасил Скотин. - Средства массовой информации активно пропагандируют антихристианские ценности, им нужен противовес. Поймите, я за свободу, но от гомиков на экране просто трясет! Лучше церкви никто не объяснит, что это неправильно, что таких уродов даже из звериных стай изгоняют. 
 Ведущий слегка замялся. Он в принадлежности к светло-синей публике замечен не был, однако слухи ходили. Молнин слушал и улыбался. 
 - Короче говоря, сейчас церковь нужна. Объективно. Вот потом, после войны, - лицо дипломата вытянулось - можно будет ограничить влияние западных институтов власти. Воскресить язычество, более соответствующее национальному характеру. Тем более учитывая, что Буш-третий окончательно развалит экономику США и России потребуется внятная идеология, чтобы противопоставить ее загнивающ... 
 Дипломат мрачнел на глазах. Разошедшийся Скотин не замечал нахмурившегося соперника, равно как и кривой усмешки ведущего. Речь бугая замолкла, когда он осознал странную тишину в студии. Люди замерли в неподвижных позах, их застывшие фигуры не шевелились. Таймер застыл на одной цифре. 
 Время остановилось. 
 - Велес, заткнись, наконец - Молнин не сдержался и хлопнул ладонью по столу. - Пророчествовать мне вздумал! Тебя что, опять в Пекло засунуть? 
 - Давай! - в горле бизнесмена заклокотало рычание, из глаз смотрел дикий зверь. - Посмотрим, кто кого! 
 - Зря тебя отец пожалел - в руках в золотобородого хищно блеснул меч. Где он был спрятан до срока, непонятно. - Надо было еще подержать! 
 - Пошел на !"N;%, уN;:?*!!! 
 - Попрошу воздержаться от мата в моем присутствии! 
 Лицо Костина претерпело удивительные метаморфозы. Оно бледнело, усыхало на глазах, кожа все туже натягивалась на кости черепа, постепенно исчезая окончательно. Остальная плоть тоже мало-помалу усыхала, в конце концов оказалось, что свитер и штаны свободно болтаются на голом скелете. Впрочем, тот равнодушно затянул ремешок потуже, попутно объясняя: 
 - Вы же знаете, на меня сильно действует вульгарная брань. 
 - Так и сидел бы у себя в Нави! - рявкнули оба спорщика. Молнин подозрительно сощурился. - А действительно, Кощей, чего здесь забыл? В Явь тебе хода нет. 
 - Тц-тц-тц, - каким-то чудом череп принял скорбное выражение - отдохнул бы ты, Перун. Перетрудился, везде заговоры мерещатся... Про паранойю слышал? Хочешь, сведу со знающими душами? 
 Золотобородый только плюнул. 
 - Короче, вы двое! - личина смертного слезла окончательно, и теперь посреди студии стоял могучий, пылающий грозовой силой бог. - Если только я сведаю - а я неминуемо сведаю! - что по вашей вине хоть что-то пошло не так, до конца мира будете на цепи сидеть. Так и знайте, слово мое твердо. 
 Притихший было Велес показал в ответ древний мистический жест согнутой в локте левой рукой: 
 - Кишка тонка! Я те мигом бородку выдерну! 
 - Ты меня слышал, Змей - громовержец говорил тихо и страшно. - Я тебя предупредил. 
 Перун исчез, не желая продолжать свару. Следом за ним растаял матерящийся Велес, оставив г-на Костянина в одиночестве. Тот, впрочем, совершенно не расстроился, общество древнего воплощения живой природы доставляло ему физическую боль. Кроме того, зрелище вдрызг разругавшихся соперников доставило ему наслаждение - владык Яви Кощей не любил. Единственным минус заключался в застывших смертных, чье время громовержец не удосужился разморозить. Вот так всегда: молодежь дров наломает, а старикам исправлять. И что самое обидное - наверняка его же и обвинят! 
 Такого белого, пусть и не пушистого.

Николай Павлович 

 Андрей с удовольствием потянулся, ощущая, как напрягаются крепкие мышцы. Замечательная вещь, бесшлейфовый компакт-подключатель фирмы "Дорз", давно пора было его купить. Ты бродишь по виртуалке, играешь, работаешь, общаешься со знакомыми, в то время как твое тело лежит в гидромассажном кресле. А разницы - нет! Совсем. В сети даже запахи есть, если компак правильно настроен. 
 Беспроводной Интернет, вопреки увещеваниям экологов и медиков, опутал земной шар плотной сетью. Люди забыли, что значит одиночество, получив возможность общаться с кем угодно, не выходя из дома. Правда, одновременно упала рождаемость, но ненадолго. Пропаганда - великая сила, мировое правительство давно усвоило эту нехитрую истину. Отчасти по этой причине пользовались огромной популярностью различного рода сетевые игры, ведь пока человек развлекается, он доволен, а пока он доволен, он не станет пристально вглядываться в окружающий мир. Не сказать, что власть имущие чего-то боялись, им просто было так спокойнее. А глупые слухи, что сеть начинает "чудить", создавая странные логические конструкции или выводы в несуществующие виртуальные пространства, рациональный люд игнорировал. 
 Андрей подсел на "Провокатора". Уже четвертый месяц он почти каждый день погружался в виртуалку, дошел до восьмого уровня и там застрял, причем намертво. Как сказали знающие товарищи, не хватало мощности компа и тормозил подключатель, маленький прибор, обеспечивающий связь между чипом в голове у парня и процессором машины. Компьютер, в общем-то, можно было оставить как есть, все равно основные действия производил мощнейший сервер "Провокатора", а вот подключатель требовался новый. И сегодня Андрей наконец-то мог опробовать свое новое приобретение. Класс! Что еще нужно пятнадцатилетнему подростку для счастья?! 
 "Вход в систему", пароль, доступ к игровому серверу, регистрация. "Здравствуйте, Адский Рыцарь". Надо бы сменить ник, когда входил первый раз, он показался забавным, теперь надоел. Программа сгенерировала интерфейс, хорошенькую, слегка анимешную блондинку, и предложила стандартный выбор: 
 - Миссия, общая игра, прохождение квеста? 
 - Миссия. Уничтожение объекта. 
 - Случайный выбор или конкретный персонаж? 
 - Билл Клинтон, президент США. - Дед Андрея по национальности был сербом и немало рассказал внуку о своей юности. 
 - Напоминаю вам, что согласно статье тридцать шесть Этического Кодекса реальные исторические личности, жившие менее трехсот лет назад, считаются условно-живыми. Данное положение означает, что при совершении действий, подпадающих под любую из статей Уголовного Кодекса Российской Федерации, с вашего счета будет списан штраф в размере не менее ста стандартных денежных единиц. Вы по-прежнему желаете выбрать объектом миссии Билла Клинтона, президента США? 
 Прикинув, что за простое убийство больше сотни не возьмут, геймер согласно кивнул. Крупные штрафы полагались за виртуальные пытки, изнасилования и пропаганду расовой или религиозной нетерпимости, то есть за то, чем Андрей заниматься не собирался. Блондинка с улыбкой сообщила: 
 - С вашего счета снят административный штраф в размере ста единиц. Удачной игры, Адский Рыцарь! 
 На крышу идти нельзя, там снайперы. Они постоянно переговариваются между собой, так что убрать одного и занять его место не получится. Точный маршрут неизвестен, возле конечной цели - роскошного восьмиэтажного отеля - охранников больше, чем прохожих. Приблизиться к отелю не удастся, стрелять придется издалека. Что еще известно об объекте? На все дано три дня, за это время не получится ни попасть в штат персонала, ни вычислить слабые места охранения. Думай, Андрей, думай... 
 Совершенно неожиданно реальность мигнула, затем пропала окончательно. Без следа исчезла улица с потоком чадящих машин, спешащие по своим делам люди, сверкающие неоновые вывески и ощущение еле заметного ветерка на коже. Осталась непроницаемая темнота. 
 - Что за хрень? 
 Словно в ответ на невольный возглас, прямо перед глазами возникла табличка со слабо светящимся зеленым цветом текстом. 
 "Администрация игры "Провокатор" приносит свои извинения за доставленные неудобства, вызванные сбоем в работе сервера. В ближайшее время неполадка будет устранена, и Вы снова сможете насладиться участием в самой популярной игре последней недели. Напоминаем вам о необходимости проверки Вашего компьютера на наличие вирусов." 
 Наверняка очередная хакерская атака. Существовала масса способов подгадить конкурентам, и временное обрушение сервера в игре не считалась чем-то необычным. Ладно, ничего не поделаешь, придется выходить в личный домен. Андрей уже собрался дать команду на возвращение, когда услышал тихое всхлипывание. 
 - Эй, кто здесь? 
 Молчание. Андрей уже было решил, что ему показалось, когда в темноте послышался еще какой-то звук. Тихий плач? 
 - Ты чего молчишь? Хватит реветь! Слушай, я ведь сейчас уйду, останешься один! 
 - Не надо! 
 Судя по голосу, его обладателю лет семь, не больше. Как ребенок-то здесь оказался? В "Провокатора" допускались только лица с гражданством, пусть и ограниченным, а его присваивают с четырнадцати лет. Андрей вздохнул и задумался, что делать дальше. Сообщить администрации? 
 - Ты как здесь оказался? Эй, чего молчишь? 
 - Я... я заснул. 
 Час от часу не легче. Спонтанные входы в сеть обычно случались у взрослых, детские модели чипов и подключателей считались надежно защищенными от сбоев. Ну, по крайней мере, Андрей ни о чем таком не слышал. 
 - Слушай, ты выходи давай отсюда. Сколько сервак висеть будет, я не знаю, может и час. Лучше сам выйди, а то родители разбудят, весь день башка трещать станет. 
 - Я не могу... 
 - То есть как не могу? Просто скажи "домашний домен", и все. 
 - Домашний домен. 
 Ненадолго повисло молчание. 
 - Домашний домен! Домашний домен! - у ребенка начиналась истерика. 
 - Ладно, хватит! Не реви - геймер задумался. - Как тебя звать-то, страдалец? 
 - Николай Павлович. 
 - Круто - оценил Андрей. - Скажи-ка мне, Николай Павлович, ты хоть что-нибудь видишь? Значки какие-нибудь, буквы? 
 - Нет - всхлипнула темнота. 
 - Черт. А родители скоро придут? 
 - Папенька умерли, я с матушкой живууу!! 
 - Извини, не знал - смущенно кашлянул Андрей. - Ну, вот мама тебя разбудит, и все будет хорошо. 
 - Она меня не разбудииит! - от силы рева закладывало уши. - Меня воспитатель будит, Ламсдоорф! 
 - Воспитатель? - присвистнул Андрей, лихорадочно соображая, что ему сделать, чтобы успокоить ребенка. - Здорово, у меня воспитателя не было. 
 - Он меня порееет! 
 - Чего делает? 
 - Розгами сечет! 
 - Нихрена себе! Вы в каком веке живете, люди? И твоя мать не возражает? 
 - Маменька в богомолье ушли после папенькиной кончины, а августейший брат наш строгость в воспитании считает непременной. 
 Андрею очень хотелось выругаться, сдержался он чудом. У ребенка явные проблемы с психикой. Как и у всей его семейки. 
 - Так, ладно. Попробуем иначе. Плавать умеешь? 
 - Нет.... 
 - Хорошо, тогда представь себе канат. Как будто он спускается сверху, и ты по нему ползешь. Представил? 
 - Д-да. 
 - Четче представляй, ярче. Канат должен быть крепким, чтобы тебя выдержать, руками цепляйся лучше. Ну как, движение появилось? 
 - Вроде да, - голос стал бодрее - и пятно наверху светлое. 
 - Это выход. Доберешься до него, постарайся проснуться, и сразу чип на проверку сдай. А насчет воспитателя сообщи в милицию, комиссия по делам несовершеннолетних его мигом в оборот возьмет. 
 - Не возьмет - возразили откуда-то сверху с печальным вздохом. - Его только старший брат наш и может к ответу призвать. Что ему какие-то холопы, ежели государь слова против не говорит? * 
 - Круто ты с ментами - невольно усмехнулся Андрей. - Прямо аристократ. 
 - Кто? 
 - Ну, дворянин. Граф, герцог, принц, барон, кто еще... 
 - Я и есть цесаревич - голос звучал обиженно. - Великий князь Николай Павлович, молодший брат Его Императорского Величества Александра Павловича. 
 - Да? - Андрей решил не спорить и не удивляться, но все-таки съязвил - Что же ты, Николай Павлович, декабристов-то повесил? 
 - Никого я не вешал! 
 - Ну как же! Восстание на Сенатской площади после смерти императора Александра, Николай Первый казнил пятерых декабристов, остальных сослал в рудники. Во всех учебниках тебя за это ругают. 
 - Не было никакого восстания, сударь - недоуменно возразил голосок. - И брат наш здравствовать изволит. 
 - Ага. Ты от выхода далеко? 
 - Нет, уже близко. Благодарю вас, сударь, вы спасли мне жизнь. 
 - Ерунда, сервак включат, нас перезагрузкой вынесет. Не за что благодарить, тем более, ты сам выбрался, я только подсказку кинул. - Андрей усмехнулся. - Просто надо помогать друг другу. Станешь императором, не забудь. 
 - Не стану, венец наследует Константин. Пока Господь государя отпрыском мужеска пола не наградил, наследует брат по старшинству - авторитетно процитировали сверху. 
 - Впервые слышу - хмыкнул Андрей. - Ладно, ползи скорее. Мне тоже пора. 
 Ответа не последовало. Геймер прислушался - вроде, все тихо. Малец удачно вышел, за него можно не беспокоиться. Странный он, вообще-то, ну да при такой семейке нормальным вырасти сложно. В другой ситуации Андрей попытался бы узнать, где ребенок живет, и стуканул бы в комиссию по правам несовершеннолетних. Ничего, рано или поздно этот Ламсдорф доиграется, вместе с мамой этой богомольной. 
 - Домашний домен - пора и на выход. 
 Андрей еще не успел отключиться от сети, как предупреждающе взвыла сирена. Мужской голос с лязгающими интонациями сообщил: 
 - Попытка проникновения вируса троянского типа. Заражен файл автосохранения игры "Провокатор", последний вход. Стереть зараженный файл, попытаться вылечить, предпринять иные действия? 
 - Наименование вируса, уровень угрозы, производитель? - интересно, кто же сумел обойти все навороченные степени защиты? 
 - Наименование "Nikolay Pavlovich", уровень угрозы неизвестен, производитель скрывается под ником "Хронос" - послушно отрапортовал компьютер. - Сетевой адрес "Хроноса" не обнаружен. 
 Андрей усмехнулся. Ловко его развели, ничего не скажешь. Он уже хотел отдать приказ на стирание, когда в последний момент неожиданно для себя самого передумал. 
 - Заархивируй файл и помести его в карантинную зону. 
 Ребенок все-таки. 
 * - в начале девятнадцатого века милицией называлось крестьянское ополчение под предводительством уездных дворян. 

Короткий разговор спутников Избранной, не вошедший в летописи 

 - Еще немного, и я не выдержу. Выкину ее из дворца. Миссия там, не миссия, плевать. 
 Заявление обычно выдержанного эльфа шокировало. Тяжело приходилось всем, но никто и не предполагал, что первым сорвется всегда спокойный представитель королевского дома Вечного Леса. Вечный враг, дроу, посмотрел на временного спутника с удивлением, к которому примешивалась изрядная толика презрения: 
 - Ты полагаешь свою участь тяжелее моей? 
 В первые дни после знакомства они общались между собой исключительно на Древнем языке, используя ледяные бесстрастные формы вежливости. Со временем начали использовать общий, затем, постепенно, перешли на "ты". Общая беда заставила забыть о старых обидах. 
 - Вчера она нахамила всему Королевскому Совету - пожал плечами светлый. - Мне пришлось приказать вассалам игнорировать нанесенное оскорбление, что не прибавило им симпатий к верховной власти. Еще одна такая выходка, и бунт неизбежен. Не знаю, какой смысл в спасении королевства от Темного Властелина, если оно развалится благодаря восстанию вернейших слуг престола. 
 - Так что ты предлагаешь? - подал голос варвар. 
 - В идеале - найти новую кандидатуру. 
 Все дружно посмотрели на неподвижно застывшего у костра мага. Первоначально команда собиралась поговорить в помещении, но как-то незаметно все переместились в дворцовый парк. Волшебник мрачно покачал головой. 
 - Забудьте. Работать придется с той, которая есть сейчас. Дроу имеет на нее влияние, ему и карты в руки. 
 - Мое терпение тоже не беспредельно - тихо заметил темный эльф. - И находиться рядом с нашей гостьей постоянно я не в состоянии. К тому же, предсказать все ее выходки и сгладить последствия не способен даже Оракул. 
 - А мне казалось, она тебе нравится. Вон как ворковали вечером. 
 Дроу посмотрел на варвара, как ... как дроу на варвара. 
 - Ты полагаешь, шестнадцатилетний закомплексованный подросток может всерьез увлечь существо моего возраста и опыта? Мне хочется, чтобы с партнершей хотя бы было о чем поговорить, а не выслушивать бесконечные монологи о любви. 
 - Твое предложение имеет еще один недостаток - меланхолично продолжил маг, пропустив мимо ушей короткий диалог соратников. - Кто даст гарантии, что следующая будет лучше? Эта, по крайней мере, в душе девочка добрая. Только сила ей в голову ударила, никого слушать не хочет. 
 - Слишком сильно ударила - сухо заметил эльф. 
 - Что есть, то есть. 
 - Сегодня утром, - продолжал светлый - я имел крайне неприятный разговор с начальником конюшен. Эта ее тварь сожрала руку молодому конюху, мальчишка недавно отметил совершеннолетие. Единственный ребенок в семье. 
 - Отравить? - неуверенно предложил варвар. 
 - Возможно, я так и поступлю. 
 Снова помолчали. Наконец варвар пошевелился. 
 - Не понимаю. Мое дело простое, присматривать за дурехой, чтоб живой осталась. И то - не будь она Избранной, давно бы через колено перекинул и розгой отходил. 
 Маг усмехнулся. 
 - Она самая обычная девочка, на которую внезапно свалилась власть. Нет, не так. ВЛАСТЬ. Истинная, не зависящая от внешних атрибутов вроде короны. Полученная по прихоти судьбы, или выбором божества, неважно. А подросток оказался к власти и полученной силе не готов, вот так-то. 
 Понимаешь, мой дикий друг, то, что она - Избранная, не делает ее особенной. Она самая обыкновенная девчонка, только-только прикоснувшаяся к миру взрослых и решившая, что может устанавливать в нем свои правила. В другой ситуации ее быстро бы обломали, но, увы, нам приходится покорно выслушивать ее глупости и с ужасом ждать последствий. 
 Я двадцать лет учился в Университете Магии, еще сто выцарапывал знания у эльфов и гномов, скитался по диким краям, постигал сложнейшие заклинания, иной раз голодал, недосыпал, пожертвовал возможностью иметь семью, детей. Добился признания как лучший маг поколения. И ради чего? Чтобы на закате жизни увидеть, как то, что я получил огромным трудом, ценой пота, крови и унижений, играючи проделывает глупый ребенок. Сам не понимающий, какое чудо творит. 
 Если бы вы только знали, как мне обидно...

Материнская вера 

 Своего совершеннолетия Мигель ждал с нетерпением. Во-первых, его сверстники уже четыре года как считались взрослыми молодыми людьми, некоторые даже надели рыцарский пояс и шпоры. Юноша считался дворянином, сыном повелителя маленького горного баронства в глухом уголке Пиренеев, и некоторое пренебрежение со стороны младших знакомых задевало его. Конечно, он знал, что представители его расы взрослеют медленнее людей, но все равно было обидно. Хорошо еще, никто не знает, сколько ему лет на самом деле.... Во-вторых, отец обещал начать учить его магии. Не обычным развивающим упражнениям, а истинному искусству, недоступному смертным. Единицы людей постигали начатки, Мигель же со временем постигнет полноту своих возможностей. Правда, отец говорил, что давно ушедшие родственники умели куда больше, и его знания ничтожны по сравнению с мастерством предков, но в последнее юноша верил слабо. 
 Самое же главное, та причина, по которой Мигель с таким волнением ждал очередного дня рождения - правда о своем появлении на свет. Отец обещал рассказать ему при совершеннолетии все, объяснить, наконец, почему никогда не говорил о его матери, упорно отказывался отвечать на вопросы любимого ребенка. Имя женщины, породившей наследника барона, никогда не звучало в замке, ее личность была окутана полнейшей тайной. Отец всегда держал данное слово... 
 Скромное торжество закончилось за полночь, немногочисленные гости из числа ближайших соседей разошлись по предоставленным им комнатам. Хозяевам на эту ночь пришлось потесниться. Замок не отличался размерами, но находился на практически неприступной скале и был хорошо укреплен. 
 Когда Мигель вошел в кабинет отца, тот стоял возле узкого окна-бойницы и неотрывно смотрел в ночь. Появление сына его не удивило, он знал все происходящее в замке, начиная от перешептывания гостей и заканчивая числом новорожденных крысят у Мамаши Мавританки, старейшей крысы. Последние пятьдесят лет барон откликался на имя дона Педро де Эспиноса-и-Каррера, владения он получил за услуги, оказанные королю Карлу. Святая Инквизиция не осмеливалась тронуть человека короля, доживавшего свой век в горной глуши, хотя при взгляде на стройную гибкую фигуру добровольного затворника мысли о смерти появлялись в последнюю очередь. Особенно у женщин. 
 - Скоро все это станет твоим. 
 Мигель удивленно вскинул брови. 
 - С какой стати, батюшка? 
 - С такой, что мой облик начинает вызывать удивление у окружающих - дон Педро - отошел от окна и уселся в кресло. - Люди моего возраста выглядят полными развалинами и подумывают о монастыре, а не об управлении землями и диких скачках по горам. Тратить же силы на поддержание иллюзии у меня нет желания. Вскоре я заболею, а через год тебе предстоит принять бразды правления. Впрочем, ты ведь пришел не за этим. 
 Сын согласно наклонил голову, ничего не сказав. 
 - Быть может, передумаешь? - в голосе отца послышалась безнадежность. - Правда тебе совсем не понравится. 
 - Я... я все-таки хочу знать. 
 Барон устало вздохнул. 
 - Еще бы. Хорошо же, слушай. 
 Наша раса ушла из этого мира. Мудрецы решили, что он слишком тесен для двух столь различных народов, и предпочли отступить. Борьба обещала стать слишком кровавой, победу же никто не гарантировал. Мои родители уходили в числе последних, когда нелепая случайность закрыла им путь. Из всей группы уцелел я один, молодой, почти ничего не умеющий ребенок. Поначалу у меня сохранялась надежда воспользоваться другими вратами переноса, их немало до сих пор существует по всему миру. Увы, они оказались запечатаны. Самое страшное, что я, кажется, оказался единственным саэром, запертом в брошенном мире, предпринятые поиски сородичей не принесли положительного результата. Почти две тысячи лет я странствовал по свету, но находил только давно оставленные следы былого величия... 
 Одиночество мучило меня. Жрецы и маги, носители тайного знания, всегда с радостью приветствовали наследника их ушедших учителей, но люди смертны... Пока что ты не в силах представить себе, каково видеть угасание друзей, терять тех, кто занимает место в твоем сердце. Да, у меня рождались дети, однако они почти не наследовали долголетия и магической силы, присущей их отцу. Хотя даже их мизерных способностей хватало, чтобы пользоваться славой великих чародеев, шаманов, целителей. Тем не менее, они умирали, мне же хотелось им иной судьбы. 
 За века, прошедшие с момента исхода, наша кровь перемешалась с людской. Нет такого человека, который не нес бы с себе частицу наследия саэра, кто в большей степени, кто в меньшей. И мне пришла в голову интересная мысль: что, если в ком-то мой народ возродился? Быть может, есть на свете человек, волей слепого случая вобравший в себя наследие моей расы? Ведь рождаются же у обычных людей дети с магическими способностями, пусть слабыми, ничтожными, не сравнимыми с силой их прародителей. В крайнем случае, если такой человек не найдется, его можно создать. Собрать носителей древней крови, из поколения в поколение сочетая их браком между собой, жить среди них, подобно чтимому патриарху. Со временем не появится ли среди них кто-то, не уступающий способностями мне, род саэра возродится, и мне уже не будет так одиноко. 
 В отчаянии я ухватился за предложенную соломинку. Но, увы - все мои попытки оказались обречены на провал. Люди, обычные смертные люди раз за разом разрушали деревеньки чуждых и непонятных колдунов, нам приходилось бежать, искать очередное пристанище, и снова бежать. В конце концов, я в одиночестве оказался в Испании. Взял новое имя, пробился ко двору, получил небольшой чин, вел тихую мирную жизнь, не привлекая к себе внимания. Однажды, совершенно случайно, возвращаясь домой из служебной поездки, заехал в женский монастырь в Арагоне. 
 Можешь себе представить мое удивление и восторг, когда там я встретил женщину, ставшую впоследствии твоей матерью... 
Донья Тереса в ужасе отшатнулась от высокого стройного юноши, только что посмевшего поведать ей неслыханную, еретическую историю. Богохульные речи нечестивца громким набатом звучали в ее ушах. Она знала, что он лжет, знала, ибо ничем иным, как попыткой слуги Лукавого склонить ее на службу нечестивым силам, услышанное быть не могло! Но она стойка в вере, вот уже двадцать лет как она не обращалась к проклятому дару! С тех самых пор, как погиб в призванном адском огне ее несчастный брат. 
Господь посылает ей испытание, и она выдержит его. 
- Убирайтесь! Pater noster, qui es in caelis,sanctificetur nomen tuum... 
Слуга Лукавого печально посмотрел на массивное распятие, которым девушка отгораживалась от него. Видимого действия слова молитвы не произвели. 
- Мне жаль, сударыня, что вы не желаете прислушиваться ко мне. Видит ваш Бог, я желал всего лишь поведать вам истину. 
- ...Fiat voluntas tua,sicut in caelo, et in terra... 
 - Что ж - лицо юноши посуровело. - Так или иначе, я добьюсь своего. 
 - Я похитил твою мать из монастыря. Думаю, нет нужды объяснять, что она продолжала испытывать ко мне ненависть и отвращение, наложенные же заклинания подчинения столь плохо отразились на ее разуме, что я поспешил их снять. Тереса пришла в себя, однако ненависть ее лишь усилилась. Никакие слова не могли пробиться сквозь каменный панцирь ее веры. 
 Я ее изнасиловал. 
Смятые окровавленные простыни. Распятое на кровати женское тело с широко раздвинутыми ногами, ремнями привязанное к поддерживающим балдахин столбикам. Рядом сидит мужчина, устало опершись локтями о колени и сгорбившись. В глазах у женщины застыл ужас, из сорванного диким криком горла доносится еле слышимый шепот: 
- будь ты проклят, нелюдь... будь ты проклят... 
Мужчина поворачивается, медлит, затем скулы его отвердевают. Он забирается обратно на кровать, ложится сверху на донью Тересу. 
- Уже давно. 
 Ночь твоего зачатия принесла не те воспоминания, которыми можно гордиться. Однако повернись время вспять, я поступил бы так же. Мои предположения и надежды полностью подтвердились, еще во время беременности стало ясно, что младенец не будет принадлежать человеческой расе. Пришлось тщательно следить за Тересой. Она не раз и не два пыталась избавиться от плода, кажется, решила, что вынашивает демона. Вплоть до самого рождения твоя мать проклинала меня. И отказалась взять на руки поднесенного младенца. 
 Возможно, со временем она и смогла бы полюбить свое дитя, однако я не осмелился рисковать. Тереса вернулась в монастырь со слегка почищенной памятью и огромной суммой денег, это единственное, что я мог для нее сделать. Друзья при дворе донесли позднее о ее долгой болезни и медленном выздоровлении, лично мы больше никогда не встречались. 
 - Неужели не было иного пути? 
 Дон Педро тоскливо покачал головой. 
 - Я перепробовал все. Безуспешно. 
 - Я хочу ее видеть. 
 Мигель выглядел потрясенным рассказом отца. Тот вздохнул, с сочувствием посмотрел на бледное лицо сына. 
 - Стоит ли? Она забыла лицо человека, насиловавшего ее, но остальное помнит прекрасно. Не думаю, что ее ненависть угасла, а вера - стала менее фанатичной. Встреча принесет горе вам обоим. 
 - И все же - юноша смотрел решительно, губы его плотно сжались. Немного поколебавшись, барон сдался. 
 - Хорошо. Я организую тебе пропуск в монастырь. 
 Мигель сидел на маленькой скамейке в небольшом скверике, со всех сторон окруженном каменной оградой монастыря. Кусочек обители, куда в виде исключения допускались иные мужчины. Каким образом отец добился для него разрешения на разговор с сестрой Тересой, он не знал, да и вообще не задумывался об этом. Все его мысли поглощала предстоящая встреча. 
 Отца он ненавидеть или осуждать не мог. Умом понимал, что тот поступил недостойно, подло, и все-таки старался оправдать. То ли привычка считать отца кем-то вроде не совершающего ошибок небожителя, то ли просто сыновняя любовь, Мигель не знал. Не хотел знать. Как бы то ни было, сейчас он просто хотел поговорить с матерью. 
 Наконец, раздались тихие шаги. Юноша жадно вглядывался в лицо высокой седовласой женщины с удивительно гладким, молодым лицом. Да, сходство с его собственным, не единожды виденным в зеркале изображением почти неуловимо, но несомненно. Есть что-то такое в разрезе губ, ямочке на подбородке, манере держать голову, позволяющее уверенно предположить о родстве. Мигель склонился в низком поклоне, дабы скрыть зардевшееся лицо. 
 - Да пребудет с вами благословение Господне, дитя мое. Мне сказали, вы прибыли с письмом для меня? 
 - Да, матушка - еле выдавил из себя Мигель. 
 Он торопливо выдернул из-за обшлага рукава письмо, написанное отцом, и с поклоном передал женщине. Та, удивленно посмотрев на явно взволнованного посланника, внезапно сама встревожилась. Происходило что-то, что выбивалось из мирного течения ее жизни. Сестра Тереса ничего не желала знать о происходящем за пределами ее уютного мирка, посему проигнорировала условности этикета и не стала расспрашивать о здоровье многочисленных родственников. Настороженно приняв конверт, она немедленно распечатала его. 
 Первые же строки заставили ее задохнуться от ужаса. "Сударыня, вы не можете не помнить ту ночь двадцать девять лет назад, которая ...". По мере чтения руки ее дрожали все сильнее, бумага тряслась. Наконец она со стоном отбросила письмо прочь и закрыла лицо ладонями. Опасаясь, что матери стало плохо, Мигель подскочил ближе. 
 - Матушка... 
 - Прочь! 
 Сестра Тереса отступила на шаг, с отвращением глядя на молодого человека. 
 - Доколе ты станешь преследовать меня, дьявольское отродье! Изыди! 
 - Матушка, я всего лишь хотел... 
 - Убирайся, и будь ты проклят именем Господа нашего! 
 - Неужели вы хотя бы не выслушаете меня! Вашего сына! 
 - Нет!! - Женщина отшатнулась еще дальше и сплюнула на песок. - Ты мне не сын, и никогда им не был. Убирайся прочь, к дьяволу, породившему тебя! 
 Отец ждал за воротами. С сочувствием посмотрев на осунувшееся лицо Мигеля, он ничего не сказал, только сунул ему в руки фляжку с крепким итальянским бренди, покрепче привязал коня и прошел внутрь монастыря. Двери перед ним распахивались сами собой. Пробыл внутри он около получаса, после чего, все так же ни говоря не слова, вышел из калитки. Все это время его сын просидел не шевелясь, только время от времени бездумно отхлебывая из фляги. 
 Ни сказав друг другу ни слова, всадники поехали по ведущей от обители дороге. 
 Их никто не провожал.

Бд-8: Вот такой вот замечательный сосед... 

 Люди сторонились его, старались не замечать. Он не обращал внимания. Привык. 
 Жил в маленькой однокомнатной квартирке, заваленной книгами и компьютерными дисками, жил одиноко. Уборку делал раз в месяц, когда грязный пол начинал раздражать, и тапки отлипали от потертого линолеуму с чавкающим звуком. Гостей не водил, приглашать ему было некого. Хотя по привычке старался держать себя в форме, мылся, брился, раз в месяц ходил в парикмахерскую, в грязных вещах из дома не выходил. С соседями не здоровался. 
 Они с ним тоже не здоровались. Странный одноглазый человек с длинными грязно-пепельными волосами и вечной неприятной ухмылкой на костистом лице чем-то отталкивал от себя. Вызывал инстинктивное желание отодвинуться, особенно в тесной кабинке лифта. Может быть, неприятной особенностью смотреть мимо собеседника, упорно не позволяя поймать взгляд? Старухи у подъезда считали его убийцей, досрочно выпущенным с зоны за хорошее поведение, и трижды ходили к участковому. Милиционер приходил, топтался в прихожей, неловко задавал вопросы. Затем извинялся и уходил, стараясь побыстрее покинуть неприятное общество. Мужчина его не провожал. 
 Ровно в шесть утра мужчина уходил на работу. На маленький склад, где его не любили, но ценили и не пытались уволить. Такое отношение его устраивало. Также его устраивала возможность пореже видеть людей. Он подумывал о том, чтобы работать только по Интернету, но еще не успел настолько хорошо освоить компьютер. В последнее время мир менялся слишком быстро, появилось слишком много новых вещей, понятий. В пять возвращался домой, готовил безвкусный ужин, изредка посещал театр. Каждую субботу приходил в музеи, где подолгу задумчиво рассматривал экспонаты. 
 Повязка на левом глазу ни таинственности, ни мужественности ему не добавляла. Она просто была. 
 Он не снимал ее даже дома. 
 Вялое течение жизни слегка надоело, но попыток изменить положение он не предпринимал. По опыту знал - судьба сама все сделает. 
 Вечером, после понравившегося представления, пошел через парк. Местная шпана его почему-то не трогала. Он не мешал им, они не мешали ему. Обычно не мешали, сегодняшняя ночь стала исключением. 
 Четыре поддатых пацана с хохотом окружили плачущую девушку, толкая ее друг другу. Блузка на груди уже была разорвана. В стороне валялся без признаков сознания избитый молодой человек, по-видимому, он сопровождал девушку. Мужчина не счел нужным отреагировать на многократно виденную в своей жизни картину, продолжал мерным шагом идти вперед. Прямо на насторожившихся подонков. 
 - Шел бы ты отсюда, дядя - относительно дружелюбно посоветовали ему. 
 - Я иду - согласился мужчина, не меняя направления движения. 
 - В другую сторону иди! - в руке ближайшего блеснул нож. 
 Мужчина остановился, задумался. Зачем-то задрал голову к верху, посмотрев на щербатую луну, немного так постоял, кивнул каким-то своим мыслям: 
 - Ну, пора так пора. 
 Под впервые за последний год снятой повязкой оказался здоровый глаз. Только без зрачка и с темным, антрацитово-черным, белком. Смотреть в него оказалось жутковато. Впрочем, пьяному море по колено. 
 - Папаша, ..., я же сказал... 
 Чего там хотел сказать говорливый ублюдок, история не узнает. Качнувшись вперед, он споткнулся на ровном месте, нога его подвернулась, и первый из четверки с коротким матюгом упал. На собственный нож. Судорожно схватившись за торчавшую из живота рукоять, он непонимающе посмотрел на нее, свалился на бок и принялся корчиться от боли, ругаясь и орошая кровью гравий дорожки. 
 Подельники бросились ему на помощь. Все трое. Первый неудачно наступил на небольшую веточку, прокатившуюся под его ступней, нелепо взмахнул руками и упал под ноги следующему за ним товарищу. Отреагировать тот не успел, его нога со всего маха опустилась на подставленный висок. Каблуком. 
 Наступивший яростно выругался, не понимая, в чем дело, и продолжил бежать к раненому ножом. Он не понял, что только что убил свого друга. Поэтому парень всего лишь слегка подпрыгнул, выправляя равновесие, сделал еще пару шагов и присел рядом с корчащимся от жуткой боли телом. Трогать нож он не решался. Вместо этого требовательным жестом протянул назад руку, собираясь потребовать у бегущего следом мобильный. Он не видел, как последний из четверки на ровном месте зацепился носком кроссовка за гладкую землю, рефлекторно сделал два шага вперед и упал, не успев выставить руки. 
 По глупой случайности горло падающего пришлось прямо на растопыренные пальцы вытянутой руки. Булькающий невнятный хрип раздался одновременно с вскриком боли и хрустом тоненьки косточек. На земле лежало уже трое мертвецов. Один, правда, еще шевелился, судорожно хватаясь за пробитое горло, но без экстренной медицинской помощи ему не выжить. Последний из хулиганов в ужасе оглядывался по сторонам, пока взгляд его не остановился на замершей сутулой фигуре, слегка поигрывающей зажатой в руке повязкой. 
 На сей раз глаз мужчина отводить не стал. 
 - Помогите, пожалуйста! 
 Зареванная девчонка присела возле тела своего друга. Мужчина ровным шагом подошел к ней, пощупал пульс у неподвижно лежащего тела, слегка пожал плечами. 
 - Через пять минут он придет в себя. Через пятнадцать сможет идти. Советую вам уйти до прихода милиции, если хотите избежать допроса. 
 Повязка уже вернулась на место. 
 - Д-да, спасибо - невпопад ответила девушка. Кажется, она не услышала, что ей сказали. Одноглазый вздохнул. 
 Его женщины крови не боялись. Беды окружали их с самого детства, поневоле привыкаешь. 
 - С вашего позволения, я пойду. 
 - Куда!? 
 - Домой - легкое пожатие плечами. - Вам же советую посидеть на скамеечке и пешком дойти до дома. Вы ведь недалеко живете? 
 - Да, но... 
 - Таксистов, водителей станут опрашивать. Лучше дойти пешком, раз недалеко. Всего хорошего. 
 - Стойте! Вы вообще кто такой! 
 Мужчина уже уходил, поэтому легкой улыбки на его губах истерично закричавшая девушка не увидела. Ему показалось забавным ответить на ее вопрос. Правду. 
 - Лихо. Одноглазое.

Каждому - свое 

 Монастырь сиял белизной, каким-то неземным светом. Издалека невысокая стена, сложенная из добытого в соседних холмах песчаника, казалась подобранным неведомым архитектором орнаментом для высоких зданий - церквей с блестящими золотыми куполами. Возвышающаяся по центру звонница только подчеркивала солидную мощь крестов. Прекрасно подобранный ансамбль напоминал паломникам и прихожанам о бренности земного бытия, служил зримым олицетворением славы Его, призывал вспомнить о жизни вечной. Силам зла, верили братья, не было сюда входа. 
 Силы зла придерживались иного мнения. 
 - Батюшка, отдайте мальчишку - заросший до бровей бугай в грязной демисезонной куртке стоял напротив настоятеля монастыря. Святая земля не мешала ему кулаком приласкать двух дюжих братьев рангом поменьше, сейчас мирно отдыхавших в сторонке. Отца Петра, однако, он пальцем не тронул. - Он не ваш. Вы же его воспитать правильно не сумеете, превратите в непойми кого. 
 - Изыди, чернокнижник - мрачно бросил в ответ монах. - Не отдадим. Думаешь, сможешь погубить еще одну душу? Как бы не так! Пусть сложно будет, но силу его мы запечатаем, и вырастет дитя в любви, ласке и страхе Божьем. Посмотрим еще, кому он служить станет. 
 - Да причем тут служба - махнул мужик рукой. - Не о том речь. Вы же только силу его запечатаете, видеть-то он будет по-прежнему. Видеть Тьму. 
 Вместо ответа настоятель начал молиться. 
 - Отец Петр, одумайтесь. Сами же жалеть будете. 
 Монах не отреагировал, упорно мешая пройти. Бродяга потоптался на одном месте еще немного, пробормотал нечто вроде "свобода воли" и, понурившись, пошел прочь. 
 Тридцать лет спустя Патриарх Московский и Всея Руси Петр неожиданно посетил уединенный монастырь, настоятелем которого он некогда начинал свой путь. Отслужил молебен, благословил братию, переговорил с нынешним игуменом. Затем устало присел в тихом уголке, поглядывая на по-прежнему яркие купола и щурясь от отраженного света. 
 Карьера его складывалась удачно. Рвение молодого монаха заметили вышестоящие иерархи и перевели в Москву, затем рукоположение в епископы, смерть предыдущего патриарха... Помогал и воспитанник, выросший сначала в подростка с не-детски серьезным взглядом, потом превратившийся в юношу, пожелавшего связать свою жизнь со стезей врачевателя. Пусть врачевателя тела, а не душ, все равно его вера крепка. Способность мальчика чувствовать чужую боль не раз служила ему хорошую службу, таланты же лидера и желание помогать ближнему со временем обеспечили ему добрую славу. Настолько добрую, что миряне выдвинули его в депутаты. 
 Переговорив с молодым мужчиной, епископ Петр с легкой душой благословил того на новую работу. В его воспитаннике не было властолюбия или гордыни. Поэтому он приложил все силы в помощь крестнику и без удивления узнал о его избрании всенародным правителем. Ну, а потом и сам причастился высшей власти, только уже над церковью. 
 Вроде бы, все хорошо, все правильно. 
 Только тяжко как-то на сердце. 
 - А послушал бы меня тогда, сейчас не терзался бы. 
 Все та же куртка, замызганные штаны, грязные ботинки. Кулаки со сбитыми костяшками и подранное в драке лицо. Молодое лицо, словно и не прошло три десятка лет. 
 - Если бы я тебя послушал, одним служителем Тьмы в мире стало больше. 
 - Глупости! - фыркнул бугай. - Мрака чего бояться? Он всего лишь безотказно дает то, о чем его просят. А просить можно о разном. Вы же вместо того, чтобы научить парня использовать ниспосланный ему дар, запечатали его намертво. 
 - Ты просто не понимаешь - с жалостью посмотрел на собеседника Петр. - Есть сила, оскверняющая с первого прикосновения. 
 - Смотря кого. К некоторым грязь не липнет. 
 За все годы служения Всевышнему патриарх сталкивался с разными проявлениями гордыни, но сейчас растерялся. 
 - Как тебя, например? - решился он уточнить. 
 - Не совсем, у меня малость иные функции - туманно ответил собеседник. - Крестник твой мог бы стать из их числа. Только теперь не судьба. 
 - Почему? Я не верю, что власть развратит его. 
 - Да не во власти дело! - раздраженно хлопнул себя парень по бедрам ладонями. - Подумай - он видит Тьму. Всю. Всегда. От той, что приходит из-за пределов этого мира, до мельчайших грешков на сердце ребенка. И не умеет ее отличать. Теперь понял? 
 Старик молчал долго. Очень долго. Он как-то сразу поверил в слова исконного врага. Наконец пошевелился: 
 - Я не знал... 
 - Если бы в прошлый раз ты захотел меня слушать, то знал бы. Но вы же все - пламенные борцы за веру, вам глаза Свет застилает... 
 Выглядящий молодым мужчина сплюнул на землю, устало посмотрел вокруг и продолжил: 
 - И вот мальчик, который везде видит зло, только зло и ничего, кроме зла, попадает в руки святых отцов. Которые проводят над ним довольно болезненный обряд, отсекающий "нечестивые", по их мнению, способности. Это как нормальному человеку глаза выколоть, или руки отрубить. Потом начинают объяснять, что такое первородный грех и как с ним бороться. Хорошо объясняют, качественно, а главное, объяснение прекрасно согласуется с тем, что он сам видит. Потом мальчика воспитывают лучшие, без шуток, сыны церкви. 
 Правильно воспитывают, в лучших православных традициях. Вот только не учли, что в каждом их слове он ищет подвох. Ведь в учителях тоже есть Тьма. Немного, но есть. Поэтому первое, чему научился несостоявшийся темный маг, это скрывать чувства и лицемерить. Умения полезные, только лучше бы их не было. 
 Он честно пытался сделать мир чище, потому и лечил людей. Но Тьмы в душах меньше не становилось, она все время приходила обратно. 
 Как думаешь, отец Петр, чего бы ты захотел на его месте? 
 - Не знаю - сердито ответил монах. - Тогда и ты мне ответь - ты воспитал бы его лучше? 
 - Ну, я бы смог объяснить, что Тьма и зло все-таки разные понятия. Хотя я-то как раз Мраку не служу, рылом не вышел. Правда, сталкиваемся часто - парень задумчиво провел пальцем по небольшому шрамику на лбу. - Так вот, вернемся к нашему барашку. Представь себе человека, лучше прочих сознающего недостатки человеческой расы. Не мира, сотворенного Всевышним, а именно людей. В то, что они Его любимые дети, он давно не верит. Представил? А теперь представь себе, что этот человек получил доступ к ядерной кнопке. 
 Патриарх внезапно захрипел, хватаясь рукой за сердце. Парень занервничал, подскочил поближе, затем, воровато оглянувшись по сторонам, провел ладонью перед грудью старика. Приступ прошел так же неожиданно, как и начался. 
 - Спасибо - неловко поблагодарил монах. В ответ получил легкое пожатие плеч. Впрочем, почти сразу отец Петр забыл о недавней встрече с Костлявой и зачастил. - Послушай, но ты же еще можешь с ним переговорить! Вы же не хотите... 
 - Если бы - снова сплюнул бугай. - Если бы он хоть чуть-чуть колдовал, хоть изредка! Или подвижничал в скиту, постриг принял, один хрен. Пока человек принадлежит мирской жизни, пока сознательно не вышел за рамки обыденного, мы не имеем права вмешаться. Только детям и являемся... 
 На последние слова монах внимания не обратил. Низко опустив голову, он горько спросил: 
 - Что теперь будет? 
 - Ну откуда мне знать? Я же не Бог, просто один из его посланников - парень скинул куртку на землю и с наслаждением встряхнул белоснежными крыльями. - Да, да, а ты что думал? Что все так просто, черное-белое? Зла вообще нет, кроме того, что в вас. 
 Не надо равнять всех под одну гребенку, люди ведь разные. Каждому - свое. Тогда не придется молиться, как сейчас, чтобы твой крестник не решил разом очистить мир от скверны. Возможности у него есть, не сомневайся. Будем надеяться, он не захочет лично исправлять ошибки Творца. 
 Будем надеяться...

Иногда так хочется застрелиться... 

 Иногда очень хочется застрелиться. 
 Глупая формальность не позволяла устроиться на работу. Сейчас многие фирмы, работающие по западным образцам, требуют от своих сотрудников приносить какие-то медицинские справки, полисы. Какой-то смысл в этом был, все-таки работа с медицинскими препаратами, разносчик заразы не нужен. Вот только я не провизор, а самый обычный менеджер. 
 За справкой я поперся к старому другу нашей семьи, академику Форскому. Идти по такому поводу к светилу мирового уровня даже стыдно, но бабушка сунула пакетик с какими-то книжками, мать попросила забрать материалы по работе, отец позвонил и попросил проверить меня "по полной программе". Не понимаю, зачем, я даже насморком не болел никогда. Стукнула в голову родителю прочитанная в журнале заметка. Пришлось пройти кучу обследований, компьютерное на томографе, рентген, взяли кровь и соскобы со слизистой. Игорь Дмитриевич ради интереса взял образцы тканей для генетического анализа, поклялся, что лично проверит, действительно ли мой папа - это мой папа. Конечно, никаких болезней не нашли, справку я получил и без проблем устроился на новую должность. В самом деле, пора завязывать с метаниями, двадцать шестой год уже. 
 Форский вызвал меня через неделю. Позвонил, спросил, как дела, попросил приехать как можно скорее. Дескать, хочет передать посылочку бабушке, жене своего покойного друга, а продукт скоропортящийся. 
 Заехал я к нему после работы. Старик жил одиноко, семьи у него не было, так что в каком-то смысле я был ему внуком, да он сам меня так иногда называл. Все мое детство прошло у него на глазах. Знакомая квартира, выделенная при Хрущеве в элитном доме, высокие потолки, огромная библиотека с кучей книг, завораживавшая меня в детстве. Фотографии деда и Фаворского, стоящие на полочке. Я чувствовал себя буквально как дома, тем более, что родители часто мотались по командировкам, а дед часто бывал в гостях у старого друга, жили тогда мы неподалеку. 
 Игорь Дмитриевич провел меня в столовую, угостил чаем, выслушал новости о жизни родителей. Затем постепенно разговор перешел на недавнее обследование. Правда, мне показалось, в этот раз вопросы о самочувствии были очень профессиональные, взгляд у старикана был какой-то очень пристальный. Он очень внимательно меня рассматривал, чувствовалось, что очень хотел что-то спросить, но не решался. 
 - Дядя Игорь, что не так? - наконец я не выдержал. 
 Старый академик вздохнул. 
 - Сам не знаю, Володя. По всем показателям, ты абсолютно здоров, хоть в космос посылай. Однако интуиция кричит и бьет тревогу. 
 - Может, показалось? 
 - Показалось? - Форский тускло усмехнулся. - Дай-то Бог. Есть ведь какая-то странность в строении клеток, хотя никакого вреда от этой странности я не заметил. Скорее наоборот. Лучшим вариантом было бы немного полежать у меня в стационаре, так ведь твоя бабушка с ума сойдет. Знаешь, давай мы так поступим. После работы, вечером, будешь приезжать ко мне в институт. Охране скажем, помогаешь разбирать старые архивы, я давно хотел мемуары написать. Мне ведь недолго осталось, года два. 
 Форскому отказать я не мог. Честно скажу, его слова насчет интуиции меня не убедили, несмотря на колоссальный авторитет академика. Вероятно, дело в том, что для меня Игорь Дмитриевич был не маститым ученым с длиннющим ворохом чинов и званий, а "дядей Игорем", в детстве качавшем испачканного сгущенкой мальчугана на коленке. Но по той же самой причине я не имел права не выполнить его прихоть. Да и слова насчет двух лет смутили, прежде Форский не заговаривал о смерти. Сейчас же сказал совершенно спокойно, словно четко знал свой срок и приготовился к встрече с курносой. 
 Так и повелось. После работы ехал не домой, а в институт, где академик лично цеплял на меня какие-то электроды, клал зачем-то в барокамеру, обследовал на совершенно непонятных приборах. Какое-то экспериментальное оборудование, по его словам. Судя по всему, ушлый дедуган решил заодно проверить какие-то свои разработки и получить Нобелевку (все остальные премии у него уже были). Продолжалось так около месяца и, как тогда казалось, терзать мое бренное тело академик будет еще долго. Свободного времени много, преподавать он перестал лет шесть назад, в исследования руководство института не лезло, любую аппаратуру предоставляло по первому слову. Лишь бы знаменитый старик в политику не лез, его слово и сейчас значило многое. 
 Закончилось все совершенно неожиданно. Придя очередным вечером в хорошо знакомое здание, я нашел Форского сидящим за своим столом в окружении разложенных снимков, распечаток, бумажек с непонятными значками. При моем появлении академии все это сдвинул в сторону и уставился на меня с каким-то новым выражением на лице. Некая смесь досады, любопытства и чисто детского удивления, с каким смотрят на нечто совершенно невероятное. Впрочем, почти сразу он пришел в себя и знакомым резким жестом указал на стул: 
 - Садись! 
 Посидев немного в тишине и видя, что первым разговор Форский начинать не собирается, я откашлялся и спросил: 
 - Ну так что, будете сегодня меня пытать или как? 
 На мое ерничанье академик внимания не обратил, ответил серьезно. 
 - Нет нужды, Володенька. Я наконец-то разобрался - и снова замолчал, кривовато улыбаясь. 
 - О. И что со мной не ладно? 
 Признаться, реакция дяди Игоря меня насторожила. Он снова усмехнулся, потер тщательно выбритый подбородок и начал издалека. 
 - Все-таки жалко, что ты не стал медиком. Зачем-то пошел в экономический, теперь приходится объяснять тебе прописные истины. Ты знаешь о теории накопления мутаций? 
 - Одна из теорий, объясняющих причины старения организма. Считается основной. 
 - Ага, хоть что-то ты знаешь. Да, верно. В течении жизни в организме накапливаются соматические мутации, ухудшающие работу клеток, что в первую очередь сказывается на их способности к воспроизведению. Грубо говоря, накапливаются ошибки, которые не позволяют клеткам делиться или принуждающие их делиться неправильно, самым типичным случаем является рак. В молодости их немного, затем процесс приобретает все более интенсивный характер. Люди стареют. Так вот, в твоих клетках ошибок нет. 
 - Ну и что? 
 Я снова почувствовал себя маленьким мальчиком, сказавшим глупость в присутствии взрослого. Форский тяжко вздохнул, возвел глаза к потолку, молчаливо спрашивая у неба "за что", и терпеливо пояснил. 
 - Есть вероятность, что ты никогда не умрешь. 
 Придя домой, разыскал початую пачку сигарет и закурил впервые за три года. Словам академика поверить мешал привычный скепсис, рациональное мышление не позволяло принять идею о вечной жизни. Правда, Игорь Дмитриевич очень подробно и доступно объяснил, как пришел к выводу о моей ... особенности. Сначала ему казалось, что в исследуемом организме содержаться признаки псевдоомоложения, довольно редко встречающейся болезни, скорее, генетического сбоя. Люди, пораженные этим недугом, в шестьдесят лет вполне способны выглядеть как десятилетние дети. Форский сталкивался за свою жизнь с двумя такими случаями. Однако мой геном был чист, насколько позволяли определить современные знания. 
 Никому рассказывать о странном диагнозе я не стал. Какой смысл? Свалившийся на голову кирпич убьет меня с той же вероятностью, что и любого другого человека. К тому же следовало подождать хотя бы лет двадцать, прежде чем с уверенностью говорить о бессмертии. Поэтому иногда я размышлял о том, как буду жить лет через сто, но как-то отвлеченно, посмеиваясь про себя. В самом деле, какой смысл загадывать, поживем-увидим. Время еще есть, успокаивал я себя. 
 Однако я ошибался. Сильно ошибался. Забыл, что многие люди готовы следовать за мечтой, готовы вкладывать огромные деньги ради достижения самой бредовой цели. Кто-то хочет забраться на Эверест (ради чего, спрашивается?), кто-то жаждет стать президентом России, а кто-то отращивает самые длинные в мире ногти. С древних времен люди хотели получить бессмертие, кто сказал, что с тех пор что-то изменилось? На смену средневековым алхимикам и даосам с их "киноварными пилюлями" пришли современные ученые, стремящиеся разложить человеческое тело по кирпичикам, понять, как оно функционирует, и переделать по своим замыслам. 
 В тот день наша семья собралась на день рождения отца, пришел и Форский. Пили, танцевали, веселились, пели песни под гитару, академик рассказывал байки из своей бурной жизни. Наконец он попросился немного посидеть в старом дедовском кабинете, отдохнуть, переговорить с "подрастающим поколением". Подрастающее поколение в моем лице проводило старика в комнату, усадило в огромное кожаное кресло, накрыло пледом. Форский устроился поудобнее, прищурившись, посмотрел на меня, и огорошил неожиданным вопросом: 
 - Ты кому-нибудь рассказывал сам знаешь о чем? 
 - Нет. Что мне, на каждом углу кричать "я бессмертен"? 
 - Ни в коем случае, вообще не упоминай эту тему в разговорах. Я-то сглупил, написал статейку в журнал на основе наших исследований, кое-какие мысли появились. Захотелось поделиться с коллегами. Почти сразу посыпались звонки, прорезались старые знакомые. Вот только я этих знакомых давно не видел и еще дольше видеть не хотел бы, знаю, в каких структурах они работают и чем занимаются. В институт проверка пришла, причем интересуются в основном моими работами, просили бумаги показать. Слава богу, что все образцы и материалы я уничтожил, твоего имени нигде нет. 
 - Дядя Игорь, не то, чтобы я сомневался в вашем диагнозе... Даже если он верен, что мне сделают? 
 - Все, что угодно. Или ты думаешь, что живешь в идеальном обществе? 
 Осознание наваливалось медленно, зато неотвратимо. Как там говорится, за все надо платить? Похоже, платой за вечность станет одиночество. Что сделают люди, если узнают обо мне? Захотят стать такими же. Посадят в уютную комфортабельную камеру, привлекут лучших ученых, и не дай бог узнают враги! Ведь у системы не может не быть врагов. Отдельные люди могут быть добрыми или злыми, система же бездушна, она выполняет заложенные функции. Решит начальник иметь в собственности бессмертного узника (а он так решит непременно), и преданные присяге исполнители мигом доставят выбранный объект в руки господ в белых халатах, с высшим медицинским образованием. Ничего хорошего мне такой расклад не сулит. 
 - Вот так-то, внучек - Форский увидел, что я проникся, и мрачно усмехнулся. - Держи язык за зубами, пока я своим коллегам мозги пудрю. Авось обойдется, про тебя ведь не знает никто. 
 - Спасибо, дядя Игорь. 
 - Не за что, внучек. Конечно, я совершаю преступление против науки, с этим не поспоришь. Вот только... Ты знаешь, меня ведь перед самым делом врачей забрали, твой дед спас. У самого Кобулова из лап вырвал. Вот так-то, внучек. 
 Каждый год я выбираюсь на могилу Форского, уже девять лет. Он умер спустя два года и три месяца после того памятного разговора, как и предполагал. С тех пор мой внешний облик совершенно не изменился, регулярные медосмотры показывают идеальное здоровье. Похоже, на смерть от старости рассчитывать не приходится. 
 О моей особенности не знает никто. Даже бывшая жена, с которой я прожил шесть лет в законном браке. Она ушла со скандалом, хорошо, детей не было. С тех пор живу один и связывать себя долгими отношениями не рискую. Да и сложновато с моей профессией, я ведь перешел на работу в милицию, дослужился до майора. Надо знать, как работает эта структура. Каким образом ищут и ловят людей, способы подделки документов, работу паспортного стола и многое, многое другое. Кажется, с некоторых пор у меня появилась привычка планировать на годы вперед, как-то незаметно из лексикона исчезло слово "хочу" и все чаще слышится "надо". 
 На работе меня уважают, но не любят. Мне сложно общаться с людьми, мы слишком по-разному думаем. Они говорят, как заработают побольше денег, вырастят детей, спокойно проживут обеспеченную старость. Намного проще в обществе молодежи, которую не волнуют вопросы будущего, живущей сегодняшним днем. Однако и это не панацея, жизненный опыт мешает, мы уже сейчас находимся на разных уровнях - темы их разговоров мне скучны, я обсуждал каждую не один десяток раз. Что же будет лет через сто? Сознание изменилось, и очень сильно. 
 Поймите, мне интересно жить. Узнавать что-то новое, посещать незнакомые места, я хочу в космос слетать, в конце концов! Вот только хотелось бы иметь рядом кого-то, кто не будет завидовать, и кого я сам не стану считать мотыльком-однодневкой. Спутника, способного разделить радость и горе, помочь пройти сквозь века. Я даже стал подумывать об искусственном создании бессмертия, получил неплохое медицинское образование к вящей радости родителей. Осторожно наводил справки по своим новым каналам, узнавал имена авторитетов в области геронтологии. И понял, что тема эта под чьим-то мягким, но плотным колпаком, соваться туда не стоит. Я не супермен, из глаз лазерами не стреляю, а самый простой бессмертный. Стоит однажды засветиться, и потом за мной наблюдать будут всегда. Я еще не настолько устал от свободы. 
 Вот только иногда очень хочется застрелиться. От одиночества.